— Сейчас доложу, что вы пришли, — сказал слуга и оставил Чета ждать в прихожей.

В помещении возле святилища Зории горели свечи. Чету показалось странным, что в доме придворного врача стоит алтарь этой богини: раз уж он решил обзавестись святилищем, логичнее было почесть богов тригоната. Ну, выбрать, например, Купиласа, бога врачевания… Если честно, Чет сдвершенно не разбирался в сонмище богов больших людей.

По-прежнему расстроенный Гарри вернулся и предложил Чету следовать за ним в комнату, где Чавен проводил эксперименты. Возможно, поведение слуги объяснялось тем, что его хозяин занимался чем-то опасным.

Чет зашел в полутемную комнату. Посередине стоял длинный высокий стол, заваленный книгами и малопонятным оборудованием: измерительными приборами, линзами, приспособлениями для дробления и перемешивания, а также какими-то бутылками и банками. Оставшееся место занимали свечи. К своему удивлению, Чет обнаружил, что Чавен не один.

«Я уже видел этого молодого человека», — подумал фандерлинг.

Рыжеволосый парень поднял голову, услышав, что дверь хлопнула.

— Это же фандерлинг! — воскликнул он.

Чавен повернулся и улыбнулся Чету.

— Вы как будто удивились, ваше высочество? — спросил он. — Между тем, как вы могли заметить, все в моем доме знают, что мой друг Чет — фандерлинг.

Юноша нахмурился. Он был одет в черное: черные туфли, чулки, камзол и даже шляпа.

Чет понял, кто перед ним, и постарался изобразить почтение. Молодой человек недовольно произнес:

— Вы надо мной смеетесь, Чавен.

— Только чуть-чуть, ваше высочество. Чавен повернулся к фандерлингу.

— Это один из наших регентов — принц Баррик, — представил он. — А это мой друг Чет Голубой Кварц, очень хороший человек. Он недавно сделал весьма полезное дело для вашей семьи: перестроил гробницу для вашего покойного брата.

Баррик слегка вздрогнул, но, надо отдать ему должное, улыбнулся гостю.

— Да, замечательная работа, — отозвался он.

Чет плохо себе представлял, что следует делать, и потому поклонился принцу, как умел:

— Мы старались угодить, ваше высочество. Наш народ любил вашего брата.

«Большинство нашего народа, — мысленно поправил он себя и добавил: — По крайней мере, значительная часть».

— И что же привело вас ко мне сегодня, Чет? — спросил Чавен.