Эмергин не мог оторвать глаз от пламенеющих дубов. Взгляд его был полон благоговения.

— Как проста эта иллюзия, но какой силой нужно обладать, чтобы сотворить ее! Гоффанон, теперь я понимаю, почему ты так боялся Малибана!

В ответ Гоффанон буркнул что-то неясное.

Минуту спустя кузнец сказал:

— Никак не могу избавиться от мысли, что мы сделали это зря. Лучше бы мабдены погибли. Вы себе и представить не можете, сколько страданий принесут вашим потомкам эти союзники.

— Надеюсь, это не так, Гоффанон, — ответил Великий Друид, но слова Гоффанона заставили его нахмурить брови.

И тут Корум заметил тень, стоявшую за пламенеющими деревьями. Он присмотрелся и только тут понял, что же он видит.

Фой Мьёр остановились. Их крики и стоны становились все громче. Подняв свои пораженные болезнью глаза, они призывали друг друга; в их голосах слышалось что-то по-детски беспомощное.

Голова Корума пошла кругом, когда он заметил еще несколько высоких теней.

— Это Крэг-Дон. Малибан обманул наших врагов. Фой Мьёр вошли в круг! Джерри закричал:

— Кис-кис! Базилий! Куда же запропастился этот Сэктрик? — И Спутник Героев, пришпорив коня, бездумно понесся туда, где собрались Фой Мьёр.

Корум решил, что от боли Джерри повредился в рассудке. Он закричал ему вслед:

— Джерри! Сэктрик постоит за себя и сам!

Но Джерри не слышал Корума. Он уже миновал ближайший отряд Воинов Елей. Корум хотел было броситься за ним, но Желтый Жеребец отказался повиноваться ему. Сколько ни понуждал его Корум, конь не двинулся ни на шаг вперед.

Коруму показалось, что каменные круги стали кружиться; пламенеющие дубы исчезли, растворяясь в привычных холодных небесах, нависших над занесенной снегом пустошью. Корум не верил собственным глазам. Они были во внешнем круге, Фой Мьёр же стояли прямо у алтаря. Великая сила влекла Корума в этот внутренний круг; внезапно поднявшийся ветер пытался снести его туда, но конь под ним, казалось, врос в землю. Он заметил, что многие мабдены, не в силах устоять чудовищным порывам, распластались на мерзлой земле.

Корум услышал ужасный рев и увидел Фой Мьёр, пытающихся вырваться из внутреннего круга, но не способных сразиться с ветром.

— Джерри! — закричал Корум, но шум ветра заглушил его голос. — Джерри!

Все быстрее и быстрее кружились каменные столбы, сливаясь в серые кольца. В седле оставался только Корум. Даже Ильбрик стал на колени рядом с Тонкой Гривой; здесь же стоял Гоффанон, отрешенно взиравший да то, что происходило в центре Крэг-Дона.

Корум увидел полыхавшую алым фигурку, выбравшуюся из внутреннего круга. Это был Гейнор Проклятый. Отчаянно преодолевая сопротивление ветра, он медленно брел к мабденам, то и дело спотыкаясь и падая. Его доспехи переливались всеми цветами радуги.