Корум подумал: Не сможешь ты избежать своей судьбы, Гейнор. Я не допущу этого. Ты должен отправиться в Лимб.

Принц обнажил серебристый меч, названный Предателем. Казалось, что меч внезапно ожил. Корум встал на пути Гейнора.

Ветер дул все сильнее, но, в отличие от Принца Гейнора, Корумом не владело отчаяние, и потому, стоило ему спешиться в сделать шаг навстречу Гейнору, как ветер едва не сбил его с ног. С трудом держась на ногах, Корум набросился на своего заклятого врага.

Закованный в броню кулак Гейнора угодил Принцу в лицо, другой рукой Гейнор вырвал меч Корума. Он занес меч, чтобы сразить Вадагского Принца. Доспехи Гейнора померкли, став сине-черными.

Тем временем камни Крэг-Дона стали вращаться еще стремительнее.

Корум увидел, как Гоффанон, невесть откуда оказавшийся за спиной Гейнора, схватил его за запястье. Но Гейнор, резко развернувшись, освободился от его хватки и навес кузнецу удар, предназначавшийся Коруму.

Предатель вновь поразил Гоффанона, крепко засев в его теле. Тем временем Гейнор так же отчаянно понесся прочь к выбежал за пределы последнего круга.

Корум подполз к Гоффанону. Рана, нанесенная сидхи, была серьезной. Кровь кузнеца лилась из раны рекой, напитывая собой мерзлую землю Корум вытащил серебристый клинок из раны и положил огромную голову Гоффанона себе на колени. Кровь уже отхлынула от лица Гоффанона. Сидхи умирал. Ему оставалось жить всего несколько минут.

Гоффанон произнес:

— Ты хорошо назвал свой меч, Вадаг. Да и меч удался на славу.

— Гоффанон… — начал было Корум, но карлик покачал головой.

— Я хочу умереть. Устал я от этого мира. Для таких, как мы, Вадаг, здесь места нет. По крайней мере сейчас. Они еще не понимают того, что болезнь, принесенная в этот мир Малибаном, не уйдет вместе с ним. Постарайся уйти отсюда…

— Я не могу уйти, — ответил Корум, — здесь живет та, кого я люблю.

— Что до этого… — слова Гоффанона перешли в кашель. Взгляд его застыл, глаза закрылись. Кузнец умер.

Корум медленно поднялся с колен, он уже не замечал ветра, ревущего Вокруг. Фой Мьёр все еще пытались спастись, слуг же их видно уже не было.

Борясь с ветром, к нему приблизился Эмергин. Великий Друид взял Корума за руку.

— Я видел смерть Гоффанона. Если бы мы могли отправить его в Кэр-Ллюд, Котел мог бы вернуть ему жизнь.

Корум покачал головой.

— Он хотел умереть, — сказал Принц Эмергину. Эмергин понимающе кивнул и обратил свой взор к внутреннему кругу.

— Фой Мьёр еще сопротивляются вихрю, но он унес в Лимб едва ли не всю их армию.