— Не все этого хотят, ваше величество.

Аир ничего не сказала, но по поджатым губам и чуть сдвинутым бровкам знающий ее человек понял бы, что она недовольна.

Академический комплекс выглядел куда менее разоренным, даже ажурные кованые ворота были на месте, правда, распахнутые. Костей здесь оказалось побольше, причем все они были явно человеческие. Юная императрица старалась не смотреть на валяющиеся то там, то здесь черепа. Теперь во второй раз она уже сама видела, куда нужно идти, и смогла бы сориентироваться даже без помощи драконицы.

Сложная система переплетенных тонких каналов магической энергии, которые она ощущала повсюду, привели ее к массивному темному пятиэтажному зданию, в котором чувствовалась точка сосредоточения. Змей здесь ползало еще больше, но пока Аир не нарушила границ выписанной на полу заклинательного зала магической фигуры, они не обращали на пришлецов внимания. Заклинательный покой Академии располагался на втором этаже здания, был не слишком высок — в два этажа всего лишь, — богато оснащен всяческой утварью, которая теперь, поломанная и раздавленная, валялась на полу. Фигура была почти такая же и тоже нарушенная, а в центре, как и в первый раз, Аир нашла закупоренный флакончик и браслет. Тоже гематитовый, с отделкой из серебра и драгоценных камней.

Аир повертела в руке второй браслет и надела его на правое запястье.

Прошло несколько минут, прежде чем она почувствовала затопившую ее силу. Напор был осторожен, он не настаивал, но предлагал, и юная императрица почувствовала, что теперь она способна на многое. Девушка задумалась, перебирая в памяти то немногое, что Вален успел ей преподать. Думала об этом все время, пока драконица — уже куда быстрее, надо отметить — несла их к Белому Лотосу, а спустившись с ее спины, движением руки окружила себя защитной оболочкой. Превратившаяся в девушку драконица покосилась на императрицу с неожиданным интересом.

Аир чувствовала себя такой сильной, что могла бы, кажется, перевернуть землю или переместить всю Империю со всеми людьми на другой конец света, но быстро поняла опасность такого состояния. Здравомыслие было свойственно ей в той же мере, в какой оно было необходимо ее предкам, тем людям, которые шли через неизведанные земли, охотились, сражались, работали, и, взрывая узловатую от корней землю, выжигая пни и сорняки, обеспечивали себе и своим детям ту пашню, с которой можно будет кормиться. Когда вся твоя жизнь, да и не только твоя, зависит от твоих действий, ты просто не можешь себе позволить вести себя опрометчиво. Усилием воли Аир взяла себя в руки и заставила бушующую в ней эйфорию убраться в глубины подсознания. Тот не человек, кто не способен собой владеть.