Драконица опустила их в другой части города, у самой реки. Отсюда до дворца было ближе, чем с южной оконечности северо-западного тракта. Как только огромное тело дракона перестало нависать над окрестными кустами, из них вылетело несколько мелких существ, вооруженных огромными челюстями — в половину своего размера, — когтями и щупальцами, движущимися практически непрерывно. Хельд и Гердер увидели их почти одновременно с Аир, повыхватывали мечи. С того момента, как он коснулся ногой твердой земли, Гердер обрел спокойное расположение духа.

— Назад, — негромко сказала юная императрица и выбросила вперед руку с поднятой ладонью, вспоминая уже затверженную формулу вызова огня.

Ее ладонь полыхнула оранжево-алым, и поток пламени смел агрессивных существ.

— Неплохо, — признал Хельд. — Только зря. Мы бы справились. Они подвижные, но глупые.

— Так проще.

— Разве ты не устала? — Рейнджер в недоумении смотрел на свою супругу. — Я слышал, такая масштабная магия здорово утомляет.

— Только не ее величество, — подал голос Рутвен. Он со странным любопытством поглядывал на Аир. — Так ведь? — и покосился на ее браслеты.

Юная императрица едва улыбнулась и кивнула.

— Идемте, — сказала она деловито. — Отсюда до дворца близко, а дальше я помню.

Она и в самом деле прекрасно запомнила путь. До пролома в ограде они добрались меньше, чем за час, хотя два раза пришлось перебираться через завалы и три раза — отпугивать нечисть огнем. Немного задержавшись на обрушившихся кирпичах, Аир спрыгнула внутрь и замерла, любуясь парком.

— Когда я отсюда уходила, — сказала она, — я очень горевала, уверенная, что больше никогда не увижу этой красоты, а если и увижу, то через много-много лет. Я никак не могла подумать, что это «через много-много лет» окажется одним только годом.

Она думала, что говорит мужу, но рядом с ней, неспешно выйдя из-за спины, появился Рутвен. Он тоже с упоением разглядывал императорский парк, несущий на себе следы разрушения, но все еще прекрасный.

— Знаете, я же никогда здесь не был, — сказал он. — А вот мой отец гулял по этому парку не однажды и не дважды. Так странно ступать в первый раз по земле, по которой ходил твой отец. Я ведь его никогда не видел.

— Как это получилось? — удивилась Аир.

— Он умер, когда мне был год. Мой младший брат родился четыре месяца спустя после его гибели. Отец считал своим долгом воевать, если есть такая возможность.

— Погиб на войне, — понимающе кивнула императрица.

— Если это можно назвать войной. — Гордон задумчиво посмотрел в сторону дворца. — Он погиб в Пустошах. Когда они только образовались, была идея перебить здесь всю нечисть. Думали, что этого будет вполне достаточно. Хорошо, что это было в мирное время, никто не сподобился тогда на нас пойти войной, потому что император Одений уложил на этой затее большую часть кадровой армии.