– Почему?

– Потому что в этих войсках служили аломы, – ответил Бемиш, – рядовые были аломы, сержанты были аломы, только несколько офицеров были уроженцы Федерации.

Поэтому солдаты Федерации оказались на стороне того человека, роду которого их предки присягали на верность, а не на стороне тех людей, которые платили им по триста денаров в год.

– Около десяти членов Антикризисного комитета попали в руки Киссура. Киссур требовал ареста и казни этих людей. Что с ними случилось? Это правда, что Шаваш мертв?

– Шаваш вполне жив, – ответил Бемиш. – Его ссора с Киссуром была чистой воды притворством. Он-то и вызвал войска Федерации, чтобы снабдить Киссура солдатами.

Был даже слышен общий вздох – никто еще ничего не знал, и Бемиш был первым, кто публично растолковал случившееся.

– А сектанты? – закричал кто-то из корреспондентов, – они и с ними заодно?

– Нет, – сказал Бемиш, – вражда между господином Шавашем и сектантами была неподдельной и могла кончиться только гибелью одной из сторон. Как только солдаты Федерации перешли на сторону Киссура, их употребили для уничтожения сектантов. Я своими глазами видел руководителей секты, повешенных на грузовом кране.

Поразительно было, что в этот момент никто не спросил, что же стало с остальными сектантами. Как-то все решили, что «уничтожением секты» и была казнь дюжины главарей.

– Но что же Киссур хочет?! – закричал кто-то. – Они требовали смены продажного правительства, а теперь половина продажного правительства сама сидит в Ассалахе! Дальше что?

– Киссур больше не предъявляет никаких требований к правительству империи, – пояснил Бемиш, – Киссур хочет переговоров между Федерацией и империей по поводу взаимоотношений двух государств. На самом высоком уровне.

После этого краткого, но ошеломительного интервью Бемиш проследовал внутрь гостиницы, где его уже ждали.

В зале Дальних Даров, где некогда наместники провинций официально вручали подарки управителям дворцовых ведомств, за длинным, имеющим форму виноградной кисти столом на золоченых ножках, выполненных в виде копытец барана, сидело человек двадцать. Некоторые были Бемишу знакомы. Теренс узнал посла Федерации Северина, бывшего первого министра Яника да еще парочку высокопоставленных вейцев.

Остальные были граждане Федерации: помимо старых знакомых, полковников Шагира и Чена, Бемишу бросились в глаза два человека в мундирах Космофлота и с адмиральскими нашивками. У одного из них погоны были украшены двумя золотыми полосками. Если Бемиш правильно помнил про эти полоски, это означало, что на орбите Веи висят корабли, способные не только уничтожить всю жизнь на планете, но и при надобности загасить обогревающее ее солнце, как курильщик гасит надоевшую сигарету.