— Предательство, — холодно возразил Гиялорис, — совершил Корсибар, украв корону. А это лишь вернет все на свои места. Где вы видите здесь бесчестье?

— А вы думаете, что рядом с Корсибаром не будет охраны? — сказал Престимион. Его голос звучал очень спокойно; он был скорее удивлен, чем разгневан предложением Гиялориса, хотя оно, безусловно, было возмутительным. — Допустим, я зарежу его, но уже через несколько секунд мое тело ляжет рядом с ним на полу тронного зала. Так что мое царствование окажется очень кратким. Но я знаю, Гиялорис, что это был искренний дружеский совет. Вы хотите, чтобы я стал короналем, и, похоже, даже больше меня самого.

— Что же вы станете делать, оказавшись лицом к лицу с Корсибаром? — спросил Свор.

— У меня нет готового плана, — хмуро сказал Престимион. — А что вы могли бы мне посоветовать, за исключением, конечно, спрятанных за поясом кинжалов?

— Лучше всего было бы не ходить туда вообще, — сказал Септах Мелайн. — Ну а если это невозможно, то побольше слушать, поменьше говорить, а когда он сделает вам предложение, сказать, что вам нужно время все обдумать, что вы должны сначала посоветоваться с вашей матерью леди Териссой, закончить кое-какие неотложные дела в имении, ну и так далее.

— Отлично. Это даст мне немного времени, но только немного.

— Жаль, что я не могу предложить вам ничего более действенного, — ответил Септах Мелайн.

— Я тоже.

— Эта аудиенция, вы сказали, состоится в тронном зале? — спросил Свор. — Не в кабинете Короналя?

— Да, в тронном зале, — подтвердил Престимион. Лицо Свора совсем помрачнело. Он повернулся и теперь смотрел в окно, а не на Престимиона.

— Меня это очень беспокоит. Он боится вас. Королевский кабинет очень величественный, но, очевидно, он все же считает его недостаточно парадным для этой встречи. Он хочет воздействовать на вас всеми имеющимися в его распоряжении средствами. А это говорит о слабости его духа. Слабый духом враг, имеющий в своем распоряжении большую силу, гораздо опаснее, чем сильный. Он может нанести удар из одного только страха, как зажатая в угол змея. Будьте осторожнее, Престимион.

— Да, об этом я, конечно, не забуду. — Он распахнул дверь своей гардеробной комнаты и принялся изучать имевшуюся там одежду. — Еще одна серьезная проблема, господа: стоит ли мне одеться роскошно, как приличествует знатному принцу, приглашенному к короналю? Или это может подействовать на него раздражающе и мне следует выглядеть поскромнее, подобно покорному вассалу, каким он, без сомнения, хотел бы меня видеть, чтобы вселить в него спокойствие? — Престимион рассмеялся, — И все же я не хочу, чтобы он воспринимал меня слишком уж несерьезно. Вероятно, лучшим вариантом будет средний, как, впрочем, и во всем.