— Да будет так, — покорно ответил Свор. Он был равно поражен и собственным безрассудством, позволившим ему высказать все это, и мягкостью ее ответа.

— Вы могли бы адресовать свое предложение к леди Мелитирре, — сказала Тизмет после продолжительной паузы. — Теперь, когда мы с ней больше не при дворе, она чувствует себя совершенно потерянной и, полагаю, могла бы благоприятно отнестись к вашим авансам. Я не могу утверждать, что она хочет выйти замуж, но, должна признаться, очень сомневаюсь и в том, что вы на самом деле хотите жениться. Однако, полагаю, что против вашего ухаживания она не будет возражать.

— Благодарю вас за совет, госпожа.

— Я желаю вам удачи, Свор. — А затем, словно забыв о том, что говорила об этом совсем недавно, она спросила: — Как вы думаете, поверит ли принц Престимион в то, что я искренне раскаиваюсь?

Престимион не испытывал такого изумления с того самого дня, когда он, прорвавшись в Тронный двор, увидел там на месте короналя Корсибара с короной Горящей Звезды на голове. Тизмет здесь, в лагере? Просит его о встрече наедине в его палатке?

Ее появление в этом удаленном отовсюду месте казалось совершенно нереальным. Конечно же, женщина, стоявшая перед ним, должна быть фантомом, сотворенным волшебными чарами. Но нет, она была реальна, в этом невозможно усомниться. Одетая чуть ли не в тряпье. С неопрятными волосами. Лишенная всяких драгоценностей, без всякой косметики. С осунувшимся и утомленным лицом. Она была сейчас похожа скорее на посудомойку, чем на дочь одного короля и сестру другого. И все же царственное изящество, сверкающие глаза, форма губ, точеные правильные черты, все это говорило ему, что это, несомненно, Тизмет. Здесь. Вопреки любому здравому смыслу, здесь, в Глойнском лагере.

— Я должна признаться вам, мой лорд, что я явилась к вам вооруженной, — была ее первая фраза. Она приподняла изодранный рукав, показав небольшие ножны, привязанные к руке. Расстегнув ремешки, она небрежно бросила кинжал Свору. — Кинжал был нужен мне только для самозащиты во время путешествия, мой лорд. Я приехала сюда не для того, чтобы причинить вам вред. На мне нет больше никакого оружия. — Она улыбнулась хитрой зазывной улыбкой, от которой Престимиона кинуло в дрожь. — Я с радостью подвергнусь обыску, если вы захотите устроить его.

Но внимание Престимиона привлекло и нечто помимо ее кокетства.

— Уже дважды за это время вы назвали меня «мой лорд». Что вы хотели этим сказать, Тизмет?

— Именно то, что говорит этими словами каждый. То же самое, что подразумевается и этим. — Она подняла руки в жесте Горящей Звезды, все так же улыбаясь и не отводя взгляда от глаз Престимиона.