– Вы лжете! – зарычал Астенфор. – Ничего подобного там нет! Мы дискутировали по историческим вопросам…

– Именно историческим… Самый исторический из них: имеют ли право Оставшиеся на наследие своих предков, на Шелианд? Могут ли они вернуть его? Письма однозначно утверждают, что да. Могут, мессир. Разве это не следует из ваших писаний?

– Нет, вы лжете!

– А я думаю, что следует именно это! – отрезал виконт. – Ландграф, ко двору которого вы так приближены, разделяет мои опасения насчет эльфьей угрозы. И вам об этом известно. Он гораздо более здравомыслящий человек, нежели Его Величество, надобно заметить. Что случится, если Гуннфин Албарский узнает, что мессир волшебник сочувствует бунтовщикам и убийцам? И что скажет сам мессир волшебник, когда узнает, что с его сестрой и племянниками, проживающими пусть и в другом королевстве, произошло несчастье? Например, загорелся посреди ночи дом и никто не смог выбраться из него? Или неизвестные убийцы напали на счастливую семью, когда та возвращалась с прогулки… О жестокий мир! – воскликнул Леод Шардэ. Его глаза напоминали две оловянные блямбы, такие же безжизненные. – Я послал своих людей присмотреть за сестрой мессира волшебника и позаботиться о ее безопасности. Мало ли что, не правда ли? – Советник налил себе еще вина. – Мой долг соблюсти интересы сторон. Я охраняю ваших родных, Астенфор, вы помогаете мне провернуть это дельце… Честнее некуда. Вы говорили с огром, вас видели на дороге в Блендибог, а значит, имеется возможность усыпить его бдительность, его нечеловеческое чутье. Вы будете стараться, ибо знаете – мы повязаны, и у нас общая цель. Безопасность. Если по большому счету, то мне нет никакого дела до вас и ваших родственников, до ваших ребячьих взглядов на идеи свободы и справедливости – я читал конфискованные письма, – меня интересует королевство. Вот и все. Вопросы есть?

Чародей не произнес ни звука. Ему удавалось сохранять спокойствие, но он четко осознавал, что угодил в ловушку. Крышка захлопнулась. Виконт не блефовал – именно такими методами всегда и действовал советник, не испытывая ни малейших угрызений совести и не считаясь ни с чем, кроме вышеупомянутых государственных интересов.

Оставалось удивляться, как быстро Шардэ проделал все это…

Виконт посмотрел на бледного от ярости чародея и рассмеялся.

– Кстати, не советую применять ко мне свои магические штучки. Бесполезно. Если со мной что-нибудь случится, дело доведет до конца мой помощник. Между прочим, он слышит наш разговор. – Советник указал на небольшой шкаф в углу комнаты. – Там есть слуховая трубка, ведущая в подвал. На другом ее конце сидит Гретоль Майн.