В ней не было ничего привлекательного, но в этот момент Радж Ахтен почувствовал полное единение с ней. Так много даров жизнестойкости было отдано ему, что ему казалось, словно свет и жизнь сочились из каждой его поры. Если он сейчас же не вольет свое семя в женщину, желание сделать это превратится в пытку.

— Пусть лорды севера едут в Каррис, — предложил Радж Ахтен. — Город беззащитен, и они погибнут вместе, оставив весь север и запад Рофехавана уязвимым для нападения. Орвин, Флидс и даже Южный Кроутен смогут быть нашими вместе с Мистаррией и Гередоном. Я предлагаю Вам пока держать свою армию здесь, а я спрячу свою в горах на западе до тех пор, пока опустошители не покончат с Каррисом. Таким образом, мы запрем их у озера. Только тогда мы соберем наши армии и отправим опустошителей обратно в Подземный Мир.

Радж Ахтен удерживал ее взгляд, и Риалла придвинулась ближе.

— Вы думаете, мы сможем сделать это, — спросила она, — всего с тремя сотнями тысяч людей?

— Опустошители, — сказал Радж Ахтен, — легко пугаются, когда лишаются предводителей. Это сбивает их с толку. А я привез с собой из Майгассы несколько сюрпризов, которых даже опустошители раньше не видели. После того как я уничтожил их ужасных магов, наши люди повергнут их в ужас.

— Чего вы хотите от этой сделки? — спросила она.

— Заклятия опустошителей сожгли землю во всех южных королевствах Индопала. Моему народу нужна еда, чтобы пережить зиму.

— Запасов Карриса будет недостаточно, — возразила Риалла.

— Этого будет достаточно, чтобы обеспечить выживание сильных и коварных, — сказал Радж Ахтен. — Остальные могут умирать от голода. Более того, — продолжил он, — мне нужно, чтобы Посвященные отдали мне дары. Все лорды, захваченные мной в Рофехаване, станут моими, моей военной добычей.

— А что вы предложите взамен, если я приму ваше предложение? — спросила Риалла.

— Через год я стану королем Рофехавана, а вы моей королевой, и мы будем править вместе.

Риалла тяжело дышала. Теперь она шагнула назад, и хотя вожделение полностью охватило ее, на ее лице появилось расчетливое выражение. Конечно, Радж Ахтен понимал, что она играла с ним точно так же, как он играл с нею. Он только что открыл ей свое сердце. Теперь она открыла свое сердце ему:

— У вас много жен в гареме. Если я буду на вашей стороне, я должна остаться единственной женой.

Раджу Ахтену понравилась ее решительность.

— Они не жены, просто безделушки, игрушки. У меня была только одна жена, но Габорн отнял ее у меня — так же, как отнял у вас вашего отца.

— Если ваши жены для вас ничего не значат, — сказала Риалла, — убейте их ради меня.