— Ах, вы об этом, — зычно начал Феррис, работая на публику. — Ну конечно. Похищенный…

— Он мой, — прошелестел Алек и с изяществом, которое сделало бы честь любому актеру, выставил вперед руку. На пальце ярким пламенем полыхнул рубин. — Он всегда принадлежал мне и всегда будет мне принадлежать. Я узнал кольцо сразу же, как только Ричард принес его домой. Ах да, — продолжил вкрадчиво мурлыкать Алек, — вам, наверное, изменила память. Очень жаль, ведь я специально оделся сегодня в черное, в надежде, что вы меня узнаете. Впрочем, было бы неправильно требовать от вас невозможного, ведь вам не дано видеть столь ясно, сколь всем нам…

Оскорбление попало в цель; Феррис сжал кулаки. Ричарду стало интересно, как он станет защищать Алека, если Феррис решит его убить на глазах всего Совета.

— Милорд? — Бэзил Холлидей попытался вернуть Ферриса с небес на землю, но дракон-канцлер застыл как громом пораженный, сравнивая стоявшего перед ним нобиля с тем молодым человеком, который его чуть не толкнул, взлетев по ступенькам таверны в Приречье.

Ричард утверждал, что его друг когда-то был студентом. Еще поговаривали, что у него острый язык…

«Спасибо, Катерина, я его видел. Он очень высокого роста…»

Он действительно высок и сейчас гораздо красивее, чем тогда, — со спутанными волосами, ниспадающими на лицо, и вправду одетый в черное, — тогда это был драный студенческий наряд. Феррис вспомнил, как спрашивал о мечнике, и хозяйка таверны, сдавленно смеясь, ответила: «Сэр, вам лучше обратиться к ученому дружку Сент-Вира. Он в последнее время единственный, кто знает, где бродит Ричард». И Феррис видел, как Алек прошмыгнул мимо него к дверям, заметил тонкую кость… Нет, он бы никогда не подумал, что источающий сладкий яд наглец, оскорбивший его в особняке у Дианы, и оборванец из трактира — одно и то же лицо.

Значит, герцогине все рассказал ее родственничек, а Катерина тут ни при чем. Да, выслушав этого наглеца, Диана наверняка догадалась обо всем, что сделал Феррис, и обо всем, что он еще намеревается совершить. Энтони захотелось расхохотаться — какой же он глупец! А он все никак не мог понять, отчего она больше не желает его видеть, изводил себя, словно ревнивый муж, тогда как разгадка была у него под носом. Все это время в руках Дианы находились ключи к его будущему, планам и задумкам.

Диана проведала о его предательстве. Такую подлость, совершенную любовником и учеником, она ни за что не простит. Бэзил Холлидей был ее любимцем, воплощением надежд, которые она возлагала на будущее города. Она наняла мечника по имени Линч, чтобы тот выступил в защиту Холлидея и бросил герцогу Карлейскому вызов. Герцога ей удалось отпугнуть. Феррис пытался избавиться от политического соперника, и прощения бывшей любовницы ждать бесполезно. Кроме того, Энтони обставил все так, что приказы якобы исходили от Дианы, и это еще больше отягощало его вину в глазах герцогини.