Береговая охрана блокировала зараженный боро, а на территорию остальных районов Нью-Йорка вошла Национальная гвардия, которая сразу дала понять бандам, что не допустит беспорядков: вертолеты и дроны в воздухе, роботизированные броневики на перекрестках, комендантский час и тотальный запрет на ношение оружия остудили горячие головы любителей грабежей и насилия. Второго Лондона не получилось, обитателям окраинных MRB не позволили начать погромы, и после естественной в таких обстоятельствах вспышки паники в Нью-Йорке наступило относительное затишье.

Но затишье – перед бурей.

Потому что все понимали, что как только kamataYan обнаружится за пределами Статен-Айленда, город взорвется.

– Жаль, что твое расследование не дало результатов, – произнес Митчелл, после того как агенты расположились в креслах. – Голова Орка нам бы сейчас пригодилась.

– Согласна, – осторожно ответила Карифа.

Джехути молча кивнул.

Вызов к директору GS поступил еще ночью: Митчелл сказал, что хочет получить полное представление о проведенном расследовании, но при этом добавил, что письменный отчет подождет, и эту оговорку Амин сочла подозрительной. Винчи с ней согласился. Из квартиры Карифы они отправились в госпиталь, затем – в «Бендер», строго к назначенному времени вошли в приемную директора службы и были приняты несмотря на то, что kamataYan изменил рабочий график Митчелла.

– Я хотел организовать пресс-конференцию, но атака на Нью-Йорк спутала все карты, – сказал директор, глядя только на Карифу. – В мировом медийном пространстве царит хаос, смешанный с жуткой паникой. Все жаждут правды и крови, а учитывая, что именно ты была лицом расследования, на публике тебе сейчас лучше не появляться, чтобы не стать козлом отпущения.

– Звучит разумно, – кивнула Амин. – Но как же вы, сэр?

– Я – привычная мишень, – пожал плечами Митчелл. – Я проворонил появление Орка, меня обвиняют в похищении вируса, я потерял Нью-Йорк, так что моя отставка – вопрос нескольких дней.

«Он тебя оттирает, – пришло в smartverre Карифы текстовое сообщение от Винчи. – Обычная бюрократическая игра: на самом деле он бросит тебя на съедение».

Потому что теперь, после смерти Б.Б. Феллера и шока, который она вызвала у стратегических инвесторов, Митчелл потерял веру в заключенные договоренности и решил крепче вцепиться в нынешний пост, временно отложив мечты о сенаторском кресле.

– Что я должна буду делать, сэр?

– Твоя группа понесла потери, можно сказать, прекратила существование, поэтому… – директор сделал вид, что задумался. – Сейчас каждый человек на счету, Карифа, так что ты возвращаешься в распоряжение начальника Оперативного отдела. Уверен, он найдет для тебя достойное дело.