– Я сочиняю музыку с пятнадцати лет. Никак не пойму, к чему ты клонишь?

– Ни к чему. Просто мы говорили про Горовца…

– Ты говорил про Горовца, а я говорил про то, что мне приходится умасливать взрослых, прячась за детской мордашкой.

– Знаешь, мне жаль, что ты терзаешь себя этим. Ребенок! Да, именно так тебя воспринимают окружающие, но ты работаешь над собой. Много занимаешься. Это, знаешь ли, серьезное психологическое напряжение. Уж я-то знаю – это тяжелый труд. На износ. В тебе есть то, что достойно уважения. Сосредоточься на этом – и вперед, к нашей цели.

– Да, пожалуй. Другие дети, наверное, считают меня чудиком.

– Что, в общем-то, правда. Но кого волнует мнение этих бездельников?

– Ребята на сцене не выдают себя за кого-то еще и заслуженно получают свое.

– Все носят маски, Эмиль. Так что не обольщайся на их счет.

– Только не сейчас. Посмотри на них!

– Вот заладил. Не хочу я на них смотреть! Вещь в себе. Я понял. Тебе не хватает экспериментов? Творчества? Свободы? Чего тебе не хватает?

Эмиль задумался. «Можно ли говорить с Яном откровенно или это уловки параноика? Почему он спрашивает про свободу? Будто не сам удерживает меня в кабале. Неужели он готов предоставить мне независимость? И самое главное… Чего мне не хватает? Я не знаю. Но, кажется, все же чего-то не хватает», – рассуждал он.

– Мне всего хватает. Настроение такое, не обращай внимания. Кстати, напомни, пожалуйста, что у нас за цель?

– Войти в историю. Но всему свое время, мой маленький друг.

– Пожалуйста, не называй меня своим маленьким другом. Я не такой уж и маленький для своих лет. Это не корректно.

– Мой юный друг?

– Это лучше, но все же не нужно. Если тебе не сложно, конечно.

– Да расслабься, Эмиль. Я просто шучу. Поверь, я на твоей стороне. Кажется, я не говорил, что благодарен тебе, ведь ты дал мне шанс вырваться из этого болота. Я ухватился за тебя как за поплавок, который тащит меня со дна. Ты должен меня понять, Эмиль. Я хочу того же, что и ты, – прожить яркую насыщенную жизнь, занимаясь любимым делом! Реализовать свой потенциал. Добиться уважения за свои труды.

– Ладно. Идут.

Со сцены за кулисы зашли пятеро отрешенных парней лет двадцати пяти и задумчивая девушка с азиатскими чертами лица. Все в черном. Мокрые. У каждого при себе колчан, набитый палочками с различными наконечниками: мохнатые помпоны, вязаные набалдашники, тонкие бамбуковые стебельки, скрипичные смычки и прочее. Когда они проходили мимо Эмиля, он решил засвидетельствовать свое восхищение:

– Молодцы, ребята! Просто класс! Космическое выступление!