– Это плохо?

– Ни в коем случае. Поэтому детям и не говорят такое. У них либо плохо, либо хорошо – это данность. У тебя все получается. Так что… Все отлично! Просто ты кажешься таким взрослым. С уже сформировавшейся психикой. В наши дни подростковый период протекает до двадцати с лишним лет.

Татьяна улыбнулась.

– Вы сказали, что понимаете, что я пытаюсь сказать. В музыке. Что же это, по-вашему?

– Что ты пытаешься сказать через музыку? – переспросила она. – Подстрочника я, конечно, не вижу. Буквальный смысл не передам. Все-таки это из области чувств, скорее. Какая-то знакомая грусть. Что-то в интонациях, не знаю. Это еще не осмыслено мной в полной мере. У тебя есть запись?

Эмиль отрицательно покачал головой.

– Эх. Я бы послушала. И попыталась бы проанализировать свои ощущения. Может, тогда ответила бы на твой вопрос. Придется ждать следующего концерта.

Татьяна снова взглянула на часы на запястье.

– Ой. Времени-то совсем мало осталось. Я долго солировала. О чем ты хотел поговорить?

– Хмм… Мой кузен, Эмиль, просил передать вам привет… – неосторожно начал Времянкин.

Кажется, ему не хватало ее близкого отношения. Хотелось больше доверия и меньше барьеров. Хотелось перейти на личное, интимное. А для этого Эмилю требовалась ложь. Он подумал, что от безобидной выдумки ничего страшного не произойдет. В конце концов, Эмиль это он сам. Он, безусловно, мог передать привет Татьяне через самого себя. Ему очень хотелось увидеть ее реакцию на его фантом. Возвращая из небытия уже ставшего призраком, взрослого Эмиля, юный Эмиль не думал о последствиях. Татьяна перестала писать.

– Мы говорили с ним вчера, – добавил мальчик.

– Он в городе?

– Нет. Он далеко. Это была видеосвязь.

– Понятно.

– Он очень обрадовался, когда услышал о вас, расспрашивал.

– Неужели?

Татьяна положила ручку на сгиб журнала, встала из-за стола и подошла к доске. Она повернулась спиной к мальчику, взяла губку и принялась стирать с серой поверхности название пройденной темы.

– Да. Говорил, что соскучился по вам. Алена обмолвилась, что вы собираетесь замуж…

В диалоге образовалась пауза. Татьяна водила губкой по доске. Там еще оставалось нетронутое слово – «Джаз», но она натирала пустое место. Времянкин смотрел на ее спину, плечи, руки и понимал, что она реагирует на его слова. Она переваривает их.