Такая засада противоречила правилам боя на ринге, выглядела трусливой даже против этих троих, но… Нож был в руках у Улыбки – стройного, среднего роста мужчины, Второго номера в банде Джокера. И он стал им не потому, что был приятным человеком. Нет, Люк знал, что его так зовут потому, что у него на лице сияет улыбка, когда он убивает. Улыбка, когда грабит. Улыбка, когда сеет зло по приказу Джокера.

Именно за Улыбкой Люку надо будет следить в первую очередь. И именно из-за Улыбки он погасил подсветку костюма, почти бесшумно приземлившись на аллее, и достал бэтаранг. Он доработал простенькое металлическое устройство у себя в лаборатории. По его сигналу этот бэтаранг ударит противника током. Разряд не слабее чем у электрошокового ружья.

Еще за океаном он подружился с одной снайпершей. Люк сотни раз расспрашивал, как она подсчитывает расстояние, ветер, движение. Она никогда не промахивалась.

Трое мужчин дошли до конца переулка, по-прежнему не подозревая, что за их спинами стоит человек.

Люк прицелился, достал еще два бэтаранга для Второго и Третьего, прикинул, куда эти двое могут броситься.

Ему не нужно их обязательно убивать.

За океаном он видел много убийств. До сих пор обсуждал это на групповых встречах.

Эти трое должны ответить за свои убийства. Действительно ответить, перед судом, а не перед мстителем из народа. Хоть они все были чокнутые и озлобленные… у них тоже было право на правосудие.

Бэтаранг вылетел, целясь в поджарое тело Улыбки.

Но Второй парень Джокера, по всей видимости, услышал жужжание электрического заряда.

Быстрее, чем предполагал Люк, Улыбка схватил Бозо и резко развернулся, прижимая Четвертого парня Джокера к груди.

Живой щит.

Бэтаранг попал Бозо прямо в грудь, вырубив его. Цепь звякнула, упав на асфальт вслед за Бозо. Он был без сознания. Как Люк и думал, Хихик кинулся за другом, а не побежал прочь. Люк кинул второй бэтаранг туда, куда и предполагал.

Хихик и его бейсбольная бита глухо стукнули об асфальт.

Улыбка окинул переулок взглядом, на его бледном лице расплылась мрачная ухмылка.

– Давай, выходи, – позвал он высоким и тонким голосом. Ничтожное подобие пробирающего до костей голоса Джокера, которым тот обладал от природы. – Кто это нам весь кайф обломал? – Он поманил Люка длинным ножом. Лезвие забликовало, поймав свет от фонаря.

Один против одного – такой расклад нравился ему куда больше.

Люк вышел из тени, у него на груди ярко вспыхнула эмблема.