На Джокера.

– Ты обманом заставила нас сражаться за тебя – сделать все это для тебя. – Свободной рукой она обвела погрузившийся в хаос город.

Плющ посмотрела на нее, на Харли. Лицо у нее было пепельно-бледным от боли.

– Когда мы увидели взрыв, то кинулись в «Аркхэм». Чтобы достать тебя, – крикнула Харли. – Мы отправились к статуе святого Николая. Точнее, попытались. И знаешь, что мы увидели?

Селина не стала отвечать. У нее в ухе шумело хриплое дыхание Мэгги.

Харли тряслась – от гнева. Лютого и полного гнева.

– Мы видели, как пришел мой парень и стал ждать тебя. Мы видели, как вместо тебя приехали ГДГП.

Второй звонок Селина сделала по пути сюда. Позвонила сразу комиссару Гордону. И предупредила его, кто идет к статуе.

Харли по-прежнему метила ножами в Селину.

– Они ранили его. Его главные парни мертвы. А его засунули назад в «Аркхэм». Его засунули туда сразу после того, как ты его подставила, лгунья!

Последние слова она прокричала. Мэгги заворочалась, раздался хриплый от мокроты вдох. Терпение Селины было на исходе.

Из-за слов, из-за задержки, из-за больной одержимости Харли Джокером. Из-за боли и страха у Плюща на лице.

Все копилось и копилось, пока не поднялась волна, готовая выплеснуться наружу. Пока она не перестала ее сдерживать. Хватит.