Встав с кровати, мы с Эммой не говорим о том, что делать дальше или кем мы друг другу теперь приходимся. У нас обоих как будто включился автопилот. Первым делом мы переносим все необходимые вещи из моей спальни в ее – это нетрудное решение, потому что в моей спальне царит невероятный бардак, а ее как будто сошла со страниц мебельного каталога.

Вообще, если не принимать во внимание мой офис и спальню, то во всем доме царит невероятная чистота – он выглядит чище, чем в день, когда мы в него въехали. У меня такое чувство, что я нахожусь в биоизолированной комнате CDC[15]. Эмма очень потрудилась.

– А что ты хочешь делать со второй спальней? – спрашивает она.

– Пока не решил.

– У меня есть идея, – хитро улыбается она.

Я удивленно поднимаю бровь.

– Мастерская по изготовлению зондов.

– Такая же, как на «Пакс»?

– Только с гравитацией повыше.

– Отличная мысль.

* * *

Этим вечером у нас ужинают все: Фаулер и Мэдисон со своими семьями и Эбби с детьми. Народу много, но это превосходно. Мы с Эммой сидим рядом, и, когда ужин подходит к концу, я обнимаю ее одной рукой, и она прижимается ко мне. Это то, чего мы никогда не делали на виду у всех.

Мэдисон бросает на Эмму любопытный взгляд, но что он означает – мне неизвестно. Такие вещи понятны только сестрам. Я хороший ученый и способный изобретатель, но этот код я никогда не понимал.

Джек, Сара, Аделина и Оуэн играют вместе – эти четверо быстро стали друзьями. Дети Фаулера постарше и просто сидят, уткнувшись в свои планшеты, в то время как малыши нарезают вокруг них круги, играя с робособакой, которую они назвали Марко (наверное, потому, что пес отвечает на это «Поло», а дети считают это очень смешным).

Эта сцена напоминает мне Рождество в родительском доме. У моего отца был брат и две сестры, так что Рождество они всегда встречали вместе. Праздник проходил шумно, иногда заканчивался ссорами. Было весело, так же как и сейчас, с одним заметным исключением: здесь нет Алекса. Похоже, мост слишком длинный, а пропасть под ним слишком глубока. И бурная река внизу – если в нее упадешь, навсегда унесет тебя в небытие.

* * *

Когда вечером мы с Эммой читаем в кровати, она неожиданно поворачивается ко мне.

– Мне нужно поговорить с тобой кое о чем.

Она произносит это таким тоном, каким в фильмах обычно девушка сообщает парню, что расстается с ним, или что она беременна, или о каких-то других новостях, способных пошатнуть их устоявшийся мир. Это нервирует, и я мгновенно готов к защите. Пусть она уже выскажется, чтобы я знал, с чем имею дело.

Я откладываю планшет в сторону.