Тарантулла

Тарантулла

Рассвет над пустыней только наметился. Звезды потускнели на сером небе. На востоке за барханами, далеко за горизонтом забрезжило бледное сияние.

Люгер сидел на холодном песке. Шарлатан не заснул ни на минуту. Он ждал появления края огромного горячего диска, тупо надеясь, что вид дневного светила поможет ему хоть немного унять память. Не было в мире чуда или изобретения, способного вытравить из его истерзанной памяти крики и кровь, расплесканные желтки орлиных яиц, трупы плавающие в фонтане, ликующие вопли мракобесов и пожарище великого города за спиной. Тепло солнца – единственное, на что оставалось надеяться шарлатану.

Дружеская рука легла на плечо Люгера.

– Пойдем, что-то покажу, – негромко позвал Узи. – Тихо, чтобы не спугнуть.

Узи осторожно повел Люгера вокруг бархана. Через полсотни шагов он дал знак лечь и ползти к гребню.

– Смотри, – шепнул Узи, выглядывая через гребень.

Люгер тоже выглянул, и увидел Беретту. Спрятавшаяся за бархан девушка стояла, отбрасывая на песок длинную волнистую тень. Вокруг нее на песке копошились, и елозили ручками дюжина крошечных извергов. Танцовщица следила, чтобы малыши не расползлись. Она негромко приговаривала.

– Замерзли, малыши? Вот так, погреемся, шевелитесь… Смотрите, как надо…

Девушка выгнула спину, поднялась на носочки, а руки вздернула над головой, и переплела пальцы в замок, и тут же воскликнула.

– Ай!..

Ядовитый тарантул полз близко от одного малыша. Девушка прыгнула, и впечатала ногой ядовитое насекомое в песок, повертев ступней. Но рядом угрожающе выгнул ядовитое жало другой тарантул. Береттта прикончила и его, грациозно повертев ножкой. Больше тарантулов вокруг не было, но девушка продолжала двигаться вприпрыжку, пританцовывая между четырехруких малышей, словно разучивая новый танец – печальную джигу среди тарантулов.

– Ее душа оживает, – прошептал Узи. – Молодая. Снова хочет танцевать.

Иногда девушка подхватывала извергчонка, и кружила его перед собой, разминая маленькие ручки и согревая, в нежном танце.

– Е…на мать дра-ако-она!.. – тихонько напевала Беретта, прерывисто дыша и кружась. – Мать драко-она, ты – е…на.

Она напевала себе под нос, в такт легким движениям ног по песку. Вчерашний синяк, зеленоватым пятном растекся по ее скуле при утреннем свете. Малыши таращились в лицо девушки большими глазенками, как птенцы-совята. Им явно нравилась забота Беретты.

– Предательница рода человеческого, – пробормотал Люгер. – Теперь это так называется. Если ее с ними застанут – сожгут заживо.