Она опустила глаза: вздувавшийся лиловый синяк на внутренней стороне бедра, подарок от эмира, почему–то, не только не контрастировал с её теперешним видом, а наоборот «органически соответствовал ему». На другом бедре Кира заметила тонкий засохший ручеёк крови… Её стошнило от воспоминаний.

Презрев на необычную обстановку, неизвестное местоположение и возможные опасности, она яростно набросилась на бадью с водой и умывальник. Не менее часа потребовалось воительнице, чтобы окончательно смыть макияж, вымыть голову и избавиться как от бантиков, так и от всех остальных «украшательств». Мытьё головы, к сожалению, никак не отразилось ни на «завитости» волос, ни на их рахитичном цвете, разве что, вместо пуделеобразной причёски теперь наблюдался просто беспорядочно торчащий колтун завитушек. Видимо была применена какая–то магическая укладка волос.

«И то лучше», — подумала Кира, — «лучше быть похожей на нищенку или бродяжку, чем на проститутку».

Обследовав своё тело, она нашла его в относительном порядке, кроме наливающегося, но совершенно безобидного, синяка на бедре, ничего более серьёзного она не обнаружила. Сложнее было с одеждой, в том платье не выделяться из толпы можно было разве что в самом бесстыдном вертепе, «или в эмирском дворце» — добавила про себя Кира. Последним на повестке дня стоял вопрос об оружии. Сволочной маг, телепортировавший её сюда, умудрился так быстро захлопнуть очень узкий телепорт, что данная ей шпага при телепортации вывернулась из её руки, чуть не вывихнув её правую кисть, и теперь пребывала где угодно, только не с Кирой.

Который раз осмотрев туалетную комнату, она, наконец, остановила свой взгляд на карнизе. Встав на перевёрнутую, и уже пустую бадью из–под воды, воительница дотянулась до карниза и резким движением вырвала его из державших пазов. Теперь в её распоряжении была штора и металлический шест, на котором эта штора висела. Не бог весть какое оружие, но всё же лучше, чем никакого. Девушка попробовала приспособить штору вместо платья, или хотя бы как накидку. Ничего не вышло. Материал был очень толстый, грубый и тяжёлый. С сожалением она отбросила непригодную материю и забрала шест.

Ещё раз оглянув себя в зеркало, Кира внезапно рассмеялась: её вид мог сейчас послужить отличным оружием. Мало того, что от уличной шлюхи редко кто ожидает виртуозного владения шестом, но и взгляды возможных противников мужского пола будут наверняка прикованы вовсе не к её замахам и движениям, а к тем частям тела, что аппетитно выглядывают сверху и снизу из–под прозрачной сорочки. Ей вспомнилась история, рассказанная давным–давно в таверне одним из пиратов, о том, что однажды одну гвидонскую лавку ограбила совершенно голая девица с маской на лице. В последствии никто из свидетелей, включая владельца злосчастной лавки, не смог припомнить ничего конкретного, ни что говорила девица, ни что она украла, ни куда убежала и с кем, ни каких–либо примет этой девицы, окромя того, что «сиськи у неё были — во! Задница — о–го–го! А ноги — просто офигеть!».