«Что ж, если что–то встречается впервые, то кто–то же должен быть первым, так почему бы и не я?», — подумала колдунья и усилила напор.

Поток маны стал стремительным, но, пройдя через тело девушки, он поглощался псевдофантомом с невиданной быстротой. Энергия просто стекала в воронку конструкции, как в бездонную пропасть. Лайла такого явления никогда не отмечала, обычно любые астральные конструкции имели определённую магическую ёмкость, причём довольно ограниченную. Здесь же ёмкость сотворённой Системы была потрясающе большой! Мало того, казалось, что уже не Лайла толкает ману в Цепь, а сама Цепь теперь активно вытягивает ману с жадностью оголодавшего зверя.

Уяснив тщетность дальнейших попыток усиления контакта и невозможность узнать что–то более определённое, Лайла попыталась прекратить поток маны. Сразу это не получилось: поток был столь силён, что его никак не удавалось перекрыть обычным способом. Лайла собрала воедино всю свою волю и постепенно капля за каплей перекрывала поток, отделяя от него небольшие ручейки и перекрывая их по отдельности. Дело сдвинулось с мёртвой точки, но очень и очень медленно. За полчаса неимоверных усилий поток маны удалось уменьшить всего на несколько процентов, но даже это обнадёживало. Волшебница убедилась, что эту битву она сможет выиграть и у неё есть хороший шанс разорвать аркан, пусть не сразу, пусть ценой очень долгой борьбы, но ничего невозможного здесь нет.

Внезапно жуткая боль скрутила тело Лайлы, каналы следования энергии стянуло невидимым жгутом, а поток энергии хлынул напрямую, разрывая тело волшебницы и разрушая преграды. Весь прогресс, достигнутый за час с таким трудом, был уничтожен, а поток маны не только не уменьшился, а значительно возрос. Только теперь уже структурированный магический поток превратился в бушующую неуправляемую стихию, быстро разрушающую тело чародейки. Лайла пока сопротивлялась, но чувствовала, что быстро слабеет, и теперь её хватит ещё на час не более.

«Что произошло? Почему?!! Ведь всё было так гладко! Этого просто не может быть! Почему её тело вдруг отказало в самый неподходящий момент?», — мысли скакали галопом, и она лихорадочно пыталась найти ответ на эти вопросы, почему–то казалось, что если будет найден ответ, у неё может появиться шанс.

«Это нападение», — в её голове прозвучал ответ, голос был незнакомым, хотя шум в голове был такой, что Лайла еле разбирала слова неведомого собеседника.

«Кто это? Что за нападение?», — туман в голове мешал ориентироваться, и ворочать мысли приходилось, только прилагая чрезвычайные усилия.