– В чем дело?

– Спроси у его задрочества графа Лотара, – огрызнулся Ункс.

Недовольно ворча, ландскнехты снова ушли. Немного погодя с лестницы донесся топот. Нуткер с Унксом приволокли еще одну порцию поленьев и с тем же небрежением выгрузили поклажу.

– На дворе весна, – сказал Дисмас. – Холода прошли. Зачем нам такая уйма дров?

– Спроси его королевское высочество.

Ландскнехты обливались потом и утирали лбы одной и той же тряпицей, что очень удивило Дисмаса.

Из опочивальни выглянул Дюрер в холщовом балахоне.

– Несите еще дров, – велел он Нуткеру с Унксом. – Шесть охапок, не меньше. И четыре ведра воды.

Приказ был встречен таким потоком брани, что покраснела бы даже икона Пресвятой Богородицы на стене.

– Иди сюда, – сказал Дюрер Дисмасу. – И прихвати с собой поленцев.

Дисмас проследовал за ним на кухню. Дюрер уже законопатил там все щели и затянул двери и окна плотными завесами из покрывал и простыней.

Повсюду стояли плошки, горшки и банки, плодовый пресс, а также различные инструменты, включая клистирный шприц… «Это еще зачем?» – удивился Дисмас, но спрашивать не стал, предпочитая остаться в неведении.

Напротив большого гардеробного зеркала была медная лохань для омовения. Рядом с зеркалом пришпилен эскиз, с идеальной точностью воспроизводивший изображение на плащанице.

В центре кухни стоял длинный узкий стол. Расстеленный на нем холст свисал с торца столешницы, собравшись тяжелыми складками на полу.

На растопленной плите в двух больших кастрюлях кипела вода. По кухне витал аромат смирны.

– Раздевайся, – велел Дюрер. – Тут сейчас все жарким паром изойдет. Только сначала скажи Магде, что мы начинаем. Да, и разузнай, куда запропастился чертов Кунрат. Его третий час нет. Эти ландскнехты только и думают, как бы выпить и перепихнуться!

Дисмас отправился за Магдой.

– Он там превратил кухню архидьякона в… ох, слов нет. В логово алхимика, вот во что, – доложил он ей.

С лестницы снова донесся топот и площадная брань. В апартаменты ввалился Кунрат в обнимку со здоровенной кадкой. Поверх кадки была наброшена мокрая рогожа.

– Это что еще?