Я пошла на свое место. Мамаша разрыдалась, взывая к чувствам окружающих — мол, обидели-ни-за-что-оскорбили, какая-то фифа прямо при детях, и никто не заступится за бедную женщину, которая одна четверых детей поднимает… Ну ладно, нарвалась. Я вернулась и сказала старшему:

— В следующий раз, как она уйдет, берешь младших и топаешь до ближайшего полицейского участка. Там говоришь: мама ушла, боимся одни дома сидеть. Социальщиков тебе вызовут, им все и расскажешь.

— Она дверь запирает, — буркнул парень, не глядя на меня. — Говорит, чтобы к нам педофилы не пришли. И вообще мне это надоело.

В моем присутствии семейство больше не нуждалось. Мамаша переключилась на отпрыска, угрожая в приют отдать, отправить к отцу батрачить… О как. Отец у него, оказывается, уже не пьянь подзаборная, раз батраков держит.

На меня, как водится, никто не смотрел. Обычная реакция людей, испытывающих неловкость. Только старушка не подвела. Не успела я пристегнуться, как она мстительно уточнила:

— Если б там только пособия были. Она и отцов их шантажирует. Ну а чего, лишний грошик в хозяйстве не повредит.

Второй поворот мы прошли быстрее. Старушка опять сыграла в баульный волейбол.

— Чего б им не привязать его покрепче? — недоумевала я.

— А не получится. Некуда его там привязывать, все уже занято.

— Здесь такой дорогой багажный отсек?

— Его вовсе нет. Точнее, он как бы есть, но там коммерческий груз. Зачем выгоду терять? Пассажиры потерпят, их ведь багаж, не чужой. Хотя что-то его с каждым разом все больше, думается, не только их, еще какая-то попутка едет. Кораблик старенький, долго не протянет, надо вынуть из него побольше.

Из самодельного отсека, образованного двумя следующими рядами, вывернула давешняя оркушка. Картинно оперлась на спинку сиденья, уставилась на меня любопытными черными глазами.

— Слышь, красава, — позвала она, — а ты че тут делаешь?

Тон у нее был вполне дружелюбный — если, конечно, знать, как у орков звучит дружелюбный тон. Я знала, поэтому не напряглась. А моя соседка возмутилась:

— Ширна Та! — воскликнула старушка. — Не приставай к приличным людям, сколько раз тебе повторять?!

— Да я че, баб Лиза, — оркушка даже сделала шажок назад, — я просто спросила. Че, спросить уже нельзя?

— Тебя зовут Ширна Та? — мягко спросила я. — Зови меня Деллой.

— О, круто, — согласилась оркушка.

— Ширна Та, у тебя бывает так, что ты находишься в одном городе, а надо срочно ехать в другой? Вот срочно, сию секунду, иначе опоздаешь.

— Натурально, бывает.