— Уйдите, — сказал сквозь зубы Мастер.

Он весь дрожал и был лицом как мел.

Мессир поднялся:

— Уйти? Пожалуйста!.. Но знайте, что если я уйду, никто другой не согласится взять на себя ваш груз. Кому захочется за вас стать автором романа, где столько крови и драм?

— Уйдите прочь!

— Прекрасно. Вам надо все обдумать… А как решитесь, я буду тут как тут, — и после этих слов мессир расплылся. Как туман над речкой от утреннего ветерка.

А Мастер, набегавшись по темной зале, где скрипки все так же жалобно, скуляще вспоминали о странностях любви, о подлости, коварстве и изменах, упал на стул, схватил перо, и на бумаге набухла ночь в Гумире.

Скрипучая калитка из сострадания открылась тихо. И звезды из последних сил светили беглецам, чтоб не споткнулись. Как призраки они выскальзывали за калитку и, затаив дыханье, устремлялись туда, где степь сливалась с небом.

— Быстрее же, быстрее! — их подгоняла Маргарита Николавна, шагая рядом с Вар-Равваном. Всех позади. И то и дело оглядываясь.

Беглецы спешили как могли. Первым шел Симеон, который лучше других знал местность. А Петр Франия почти нес. Зелей трусил короткими шажками, Сиким пригнулся чуть не до земли. Лука кряхтел. Он самым старшим был. И всех медлительней в движеньях. Когда прошли последний двор, Петр прохрипел:

— Сворачивай с дороги! Нам надо идти на север, к Ершалаиму. Кто догадается, что мы пошли туда?

— А может быть, мы разойдемся по одному? — прокашлял запыхавшийся Лука. — Вы помните сегодняшнее утро? Зачем ошибку повторять? Все вместе мы далеко отсюда не уйдем!

Остановились. Обернулись к Вар-Раввану. Он перевел дыханье, всех оглядел внимательно и произнес:

— Нам спорить некогда. Поэтому решаю я. Прости те, но… И я решаю так: я ухожу на юг. Один!

Петр открыл уж рот, но Вар-Равван его не слушал:

— Я повторяю. Я ухожу один. А вы уходите на север, в Ершалаим. По двое. Разными путями… Там, в этом базаре многолюдном, вы затеряетесь. Ты, Петр, заботишься о Франии. Он скоро придет в себя. И вот еще что… Не верьте слухам, будто я убит. Такому не бывать!

Я вскоре к вам вернусь, и вы узнаете меня по медному кольцу с одной насечкой. Вы помните его… А слухи? Распустят римляне, когда поймут, что им меня не победить. Но вы простите им трусливую их ложь. Вы знаете, в чем правда… Ну а теперь — пора! Я не прощаюсь с вами.

И всех обняв поочередно, расцеловав, похлопав Франия по щупленькой спине, Вар-Равван двинулся на юг. За ним пошла лишь Маргарита Николавна. Клубочек солнца подползал к зениту, когда на горизонте появились точки. И постепенно они жирнели.