— Ты ничего не хочешь сказать? — осведомилась я.

Август поднял голову и уставился на меня прозрачными невинными глазами:

— Что ты хочешь услышать?

— Например, какой линии ты собираешься держаться в переговорах с Николсом.

— Николс — наивный парень. Ему кажется, он знает о секте Клодана все. На самом деле ему известно лишь на один процент больше, чем любому обывателю, который о секте никогда не слышал. Если он хочет воевать с сектой — это его дело. Но Соню и детей надо отправить в Пекин.

— Так он и согласился. Август, ты забыл, кого он хочет взамен?

— Не «кого», а «что», — поправил меня Август. — Это невозможно.

— И почему я не сомневалась, что ты ответишь именно так?

Август вздохнул и свернул наладонник.

— На какой вопрос ты хочешь получить ответ? Почему ты не сомневалась, да? Потому что ты ревнуешь. Не имея никаких оснований для ревности.

— Начинается, — я закатила глаза.

— Если бы не ревность, ты давно заметила бы кое-какие несуразности, — добавил Август.

— Несуразностей я заметила тонну!

Вэнь с чрезвычайно заинтригованным видом следил за перепалкой.

— Я думаю, ты права, и тот формат нашего сотрудничества, к которому мы привыкли, изжил себя. Я собирался обсудить с тобой этот вопрос после нашего возвращения на Землю, но если хочешь, могу и сейчас. Надо же как-то убить время.

— И ты, конечно, думаешь, что после такого обсуждения я буду работать лучше? Август, я не китаянка, которая, получив категорический отказ, начинает стараться изо всех сил — чтоб ты осознал, какое она сокровище.

— Да, ты снова права. Хотя не во всем. Я полагаю, что хватит тебе работать оперативником. Я хочу взять на контракт нескольких специалистов, а тебе поручить руководство ими. И я хочу изменить наши финансовые договоренности. Я бы предпочел, чтобы ты не получала гонорар, а имела долю в моей деятельности.

Я потеряла дар речи.

— В конце концов, — уточнил Август неестественно занудным тоном, — мы по закону состоим в отношениях, приравненных к брачным. Хотя ты изменяешь мне.

Вэнь гаденько хихикнул.