Поэтому Женя не помнил тех моментов, когда Бабай убивал своих жертв. Не потому, что Бабай оттеснял его, а потому, что сам не хотел видеть этого.

Вот, что было истинным злом!

— Вот теперь ты понял! — удовлетворенно вздохнула Настя.

Она слышала голос силы, говоривший с ней. Этого — исцели, этого — направь истинным путем. А вот этого — трогай. Он не для тебя. Он еще не заслужил того, чтобы избавиться от болезни. Не прошел испытание, или не до конца понес наказание. Равновесие в действие…

А он этого голоса не слышал. Запретил себе слышать!

Он уронил голову на руки, и когда почувствовал как чья-то рука гладит его по волосам — не сразу понял, что она принадлежит не Насте!

Женя вскочил, заставив тянувшегося к нему пришельца отпрыгнуть к стене.

— Не подходи ко мне, тварь!

Он лихорадочно оглядывался по сторонам, прикидывая, чем бы запустить в ненавистное существо, и не сразу увидел что Настя смеется.

— Ты такой забавный! — сказала она, когда Женя вновь опустился на стол, поняв, что чужак не только не собирался нападать, но и наоборот, попытался проявить какие-то эмоции. — Ты что, снова не понял, что в них столько же зла, сколько в тебе?

— В каком смысле?

— Ты — верил только в себя. Считал, что прав только ты, и никто другой. Ты принес зло многим. Но ведь ты осознал это? Они пришли сюда, спасясь от чего-то, разрушающего их мир. Я, пока, не могу этого понять — вижу, но очень расплывчато. Может быть, на них напали. А может быть, просто произошла какая-то катастрофа. У них не было другой возможности выжить, кроме как бежать. А бежать они могли только одним способом, используя свои способности. Они перенесли себя к нам, не думая о том, какой вред принесут, сколько зла принесут с собой. Разве ты не видишь, они не хотят ничего дурного. Они просто хотят жить!

Женя взглянул на замершего у стены чужака, и в первый миг увидел в нем лишь то, что видел и раньше. Отвратительное, чужое создание. Быть может, разумное, но от того не становящееся менее опасным. Тварь, убившую Марину и Сергея. Тварь, принесшую с собой FV, убившее тысячи людей, и лишившее разума десятки тысяч. Тварь из глубин космоса, вызывающую только одно желание — убить ее.

А в следующую секунду он подумал о равновесии. О том, что чужаки вполне могут быть карой, или испытанием Медянску, всему человечеству. И еще о том, как только что пообещал себе и Настя слушать не только себя. Слушать голос извне.

А голос извне шептал совсем другое. Заставлял видеть перед собой не чужака, но фэвенка.

Разумное существо, оказавшееся на враждебной планете, среди враждебных людей. Существо, никому не желавшее зла, но принесшее с собой столько горя. Всегда ли он сам смотрит под ноги, когда идет по дороге? Видит ли он гибнущих под его каблуками муравьев? Нет… Не видели, что творят и пришельцы, и теперь жалели об этом.