– Что «тоже»?

– Врачи советуют. Смотрите, это парень возвращается вразвалочку…

– Значит, уверен, что все в порядке, – сказал Хирш.

– А что ты думаешь, капрал? – спросил Веллингтон.

– Он какой-то неподвижный.

– Он же идет, Джек, ты чего мелешь? – возразил Шойбле. – Какой же он неподвижный?

Джек не ответил. Вернувшийся боец сел в головную машину, и колонна снова тронулась в путь. Они проехали все селение, выбрались на достаточно ровную дорогу и спустя полчаса приехали в другую деревню домов на пятьдесят.

На этот раз колонна остановилась у второго ряда домов. Из головной машины снова выбрался все тот же переговорщик и побежал к дому с открытыми ставнями – у остальных в округе они были заколочены досками.

– Ну что скажешь, Джек, подвижно он побежал или неподвижно? – спросил Шойбле и засмеялся, однако его никто не поддержал.

На этот раз переговорщик пробыл в доме минут пятнадцать, а когда вышел, побежал к джипу рысцой, слегка припадая на правую ногу.

– Наверное, старое ранение… – предположил полковник, прихлебывая из фляжки. Теперь он пил меньше и медленнее.

Когда колонна тронулась, он связался по рации с Бертуччи.

– Привет, Сэм.

– Здравия желаю, сэр. Давно не виделись?

– Этот твой толмач, он что, был ранен в правую ногу?

– В каком смысле?

– Он заметно припадает на правую ногу, как будто старая рана. Это так?

– Насколько мне известно, он никогда не был ранен в ногу.

– Может быть, ломал ее в детстве? Такое случается.

– Я спрошу…