Имоджен не удержалась от смеха.

– И потом, ты поступила храбро, ведь сама Кирали Тейлор велела тебе написать хеппи-энд. Я тобой горжусь.

Дарси специально поморгала, открыв и закрыв глаза, чтобы проверить, реален ли этот мир. Но, по сути, пузырь, который образовался вокруг них с Имоджен во время разговора, и был единственной реальностью. Ничего не значили ни все похвалы Мокси за первый черновик «Безымянного Пателя», ни даже теплые слова, услышанные при раздаче автографов. Ничто не могло сравниться с одобрением Имоджен.

– Я рада, что она тебе понравилась.

– Она получилась «в меру отвратительной».

Дарси рассмеялась. Кирали использовала эти слова в своем отзыве и отстояла их, не дав вычеркнуть отделу маркетинга.

– Кстати, об отвратительном. Я закончила первый черновик «Безымянного Пателя». Написала его за месяц!

– Отлично, Дарси, – поздравила ее Имоджен, и они чокнулись со звонким, радостным звуком. – Я беспокоилась, когда ты забросила работу. Ты не можешь не писать.

– Можно сказать, у меня это паршиво получается. Я больше не сделаю такую ошибку.

Они не отрывали глаз друг от друга, и Дарси опять почти забыла о том, что они не одни в помещении.

– Значит, у «Безымянного Пателя» до сих пор нет названия? – спросила Имоджен. – Может, я тебе его должна?

– Я украла твою сцену. Думаю, мы в расчете.

Имоджен по-прежнему улыбалась, но отвернулась.

– Прости, я должна была уйти.

– Да, – Дарси хотела продолжить, объяснив, что она все понимает, хоть и ненавидит каждую минуту порознь. Что она нуждается в Имоджен всеми фибрами души и предоставит ей место для секретов или пространство для уединения. Однако это было слишком преждевременно, а проблема Дарси заключалась в том, что она слишком сильно этого хотела.

Поэтому она спросила:

– Как продвигается «Фобомант»?

Имоджен с облегчением призналась:

– Очень хорошо. Я почти закончила.

– Скажи мне, что он до сих пор начинается в багажнике машины.