В подробности многосложной виртуальной булавинской легенды инквизитор Филипп не очень-то вникал. Ему достаточно того, что Пал Семеныч их встречал в асьенде Пасагуа, куда он приехал двумя днями ранее белоросских гостей-визитеров.

«Организовал несомненно аноптически. Как положено эзотерически. Ни больше и не меньше. Москит, тьфу! комар носу не подточит…»

Менее всех мог усомниться в позитивных катафатических полномочиях Пал Семеныча Булавина, в сем миру Сан Саныча Овсова, прожженный хьюстонский делец и юрист Джон Дж. Бармиц из солидной адвокатской конторы «Бармиц и Рокстоун». Или же не захотел сомневаться. По пунктам.

В параграфе первом, юридическом, потому что удалился от дел в фамильную асьенду на Рио Брасос разводить лошадей. Ему давно уж незачем кого-либо подозревать и прозревать в неблаговидных разночтениях.

В параграфе втором он получил от российского гостя драгоценный подарок — контейнер с замороженной спермой от знаменитого орловского рысака-производителя. Понимай, чуть ли не прямого потомка того самого мерина Холстомера из рассказа мистера Леона Толстого.

В-третьем, в Старом Свете все, кто учился в колледже, и многие другие обязательно должны прекрасно понимать и хорошо говорить по-английски. В Европе Джон Бармиц не раз побывал и как турист и по корпоративным надобностям. Каких-нибудь языковых проблем не испытывал. Даже с прислугой в отелях, когда объяснялся не по-техасски, но опять припоминал, что он выпускник Гарварда.

Почему бы его ровеснику, дорогому гостю фром Раша, рэспектбл райтеру Сэнди-Сэнди, не изъясняться, подобно истому янки-интеллектуалу из восточных штатов?

Ин рашн, в чем быстро убедился Филипп Ирнеев, их гостеприимец не очень-то говорит, гундосит, словно через техасскую табачную жвачку. Хотя русских писателей Джон Бармиц почитает, книжки по-русски малость почитывает и сам считает себя потомственным рашн америкэн.

«Ажник сочетался в счастливом супружестве с русской женщиной во втором эмигрантском поколении, став отцом адвоката Бармица-Третьего и дедом студенту-юристу Бармицу-Четвертому».

В то время как его американские дети и взрослые внуки русских корней и кровей не чтили. Но в хорошем фамильном кровном родстве тоже считались.

Так же точно и его двоюродные, троюродные внучатые племянники Бобби, Тимоти, племянница Долли, гостившие в асьенде Пасагуа, призваны составить отличную компанию Джонни фром Бьелораша по семейным обстоятельствам. Это уж мистер Рульникофф фром Дожинск, видимо, организовал по своим родственным бизнес-каналам.

Бабушка Мэрион, дама до кончиков пальцев принадлежащая хьюстонскому высшему свету, призыву дальнего свойственника из Бьелоросья не вняла. Ввиду того, что на дух не переносит, не переваривает как вульгарную российскую родню, так и сельскую местность. Вот отчего хозяин в асьенде имеется, а хозяйки не видать.