Теперь публика и критики будут единодушны в одобрении. Мариво станет вторым после Мольера автором комических пьес по числу постановок.

Большая история смеха. Источник GLH.

102

102

Рука Исидора медленно поглаживает крышку шкатулки с буквами BQT.

Пальцы другой руки ползут к замочку шкатулки. Чтобы открыть крышку, не надо ничего поворачивать или отодвигать.

Лукреция отбрасывает его руку.

– Чего вы боитесь, Лукреция?

– У меня дурное предчувствие. Штуковина вроде этой побывала в руках у Дариуса Возняка. Где он теперь? Умер молодым.

Исидор Каценберг пожимает плечами.

– Не ребячьтесь, тексты не убивают. Это просто слова. А слова – это выстроенные построчно кучки рисунков-букв.

Он отталкивает ее плечом и открывает железную шкатулку. Не глядя на Лукрецию, он берет лежащий там документ, открывает и начинает читать.

Лукреция закрывает глаза.

Теперь он умрет. Все это расследование привело только к гибели самого дорогого мне человека.

Мари-Анж права, по сути я – мазохиста. За всеми моими действиями стоит одно желание: потерять то, за что я сильнее всего держусь. Сначала я хотела лишиться жизни, теперь лишусь Исидора.

Он продолжает читать.

Наблюдая за ним, молодая женщина начинает ерзать.

Долго еще это будет продолжаться? Наверное, этот анекдот длиннее, чем я думала.