– Все сработало?

– Сверх ожиданий! Он сказал: «Моя Кати! Как здорово встретить тебя через столько лет! Как ты?» Он заговорил со мной, как с подругой детства. Надо отдать ему должное, он обладал редчайшей способностью никогда не удивляться, никогда не воспринимать вещи в первом значении, оставаться дружелюбным с худшими врагами. Он убивал, предавал, унижал, но все это с улыбочкой, с шуточкой, весело.

– Вы ответили: «Вот то, что ты всегда хотел узнать», – предполагает Лукреция.

Катрин Скалезе поворачивается к ней.

– К моему удивлению, это сработало. Я поняла это из новостей на следующий день.

– Значит, это вы изобрели настоящую BQT, «шутку, которая убивает». Гениально! – разливается соловьем Исидор Каценберг. – Ниссим Бен Иегуда гордился бы вами! Вы его превзошли. Ваше имя может стоять в ряду величайших ученых в истории, таких, как Мари Кюри, Розалин Сасмен Ялоу и Рита Леви-Монтальчини[30].

Я точно брежу! Сейчас он поздравит ее с преступлением!

– Вы убийца! – вносит ясность Лукреция.

Но доктору Катрин Скалезе хоть бы что.

– Когда вы пришли ко мне, мсье Каценберг, когда заговорили о «смерти от смеха», я поняла, что имею дело с человеком, напавшим на след.

– Я вам не мешаю? – осведомляется Лукреция.

– Я сразу навела справки и узнала, кто вы. Я была впечатлена.

– Трогательная похвала в устах такой женщины, как вы, – бормочет Исидор, опуская глаза.

– Мы – пионеры в наших областях. Поэтому нам труднее жить в обществе, чем остальным, только повторяющим и копирующим.

Нет, вы только послушайте, как они воркуют!

– Вы только что сознались, что преднамеренно и хладнокровно убили человека. После первого безнаказанного убийства вы без колебания применили вашу дьявольскую машину против второй жертвы – Тадеуша Возняка.

Теперь доктор Катрин Скалезе соглашается обратить внимание на молодую журналистку.

– Он лжесвидетельствовал на суде по делу об убийстве моего отца. Он должен был за это поплатиться.