Она воображает себя в доспехах, со щитом, с мечом, как у архангела Михаила. Она вонзает меч в драконью голову и видит разинутую в агонии пасть.
Она издает что есть мочи боевой клич:
– АПРЕЛЬСКАЯ РЫБА!
Прилив энергии позволяет ей вскочить, схватить бумажку с шуткой и порвать ее на четыре части.
Исидор, не переставая смеяться, силится сложить кусочки вместе.
Тогда Лукреция, тоже смеясь, рвет их все мельче. Исидор не отчаивается, хотя головоломка становится все сложнее.
Собственная абсурдная деятельность вызывает у обоих новый приступ безумного смеха, и они без сил валятся на пол.
Спустя немалое время икающая Лукреция добирается до окна и пытается его открыть, но ручка отсутствует, открывание не предусмотрено. Она берет стул и бросает его слабыми руками в стекло, но стул отскакивает.
Исидор подползает к шкафу с коллекцией красных носов и разбивает стекло. Носы оказываются пустыми, без фильтров.
Лукреция решает выбить дверь, но она сделана на совесть, да и сил у Лукреции никаких. Исидор хватает телефон.
– Ха-ха-ха! Полиция? Скорее сюда, освободите нас, мы заперты в больнице Жоржа Помпиду, в отделении неврологии. Ха-ха-ха!
Но полицейский, приняв это за шутку, кладет трубку.
Исидор пробует звонить пожарным – с тем же результатом.
– Ха-ха-ха! Нужны доверенные люди… – Исидор пытается вспомнить хоть один номер, жмет непослушными пальцами на кнопки, но от этого мало проку. Комната по-прежнему полна паров закиси азота.
– Не знаю, сколько пройдет времени, прежде чем нас вызволят. Надо срочно подумать о грустном.
– Об экономическом кризисе?