— Ну что ты, старина… — На этом слове Чёрный Топор сделал в его сторону пару медленных угрожающих шагов, — то есть, дружище… Ты просто не так меня понял… — Ещё пара шагов в сторону не на шутку занервничавшего красавчика.

— То есть, я ещё и тупой? — Хищно оскалился возрождённый, вставая к нему вплотную и подняв на него взгляд невидящих глаз этак исподлобья. Выждав несколько секунд, наблюдая как аура собеседника причудливо меняется от оттенков подозрения к смятению и страху, а затем обратно, сопровождаясь соответствующими лицевыми реакциями, он согнулся от смеха и похлопал друга по плечу. — Расслабься, пошутил я. Пойдём лучше поедим.

То выражение лица, которое за этим последовало, то облегчение, с которым друг выдохнул стоило подобной игры. Андрей на мгновение задумался, не слишком ли часто стал подобным образом пугать друзей. Впрочем, быстро успокоился. Старый Хротгар бравировал своими физическими кондициями ещё чаще и ещё менее затейливо. К тому же, сейчас в голове ещё была свежа память о том розыгрыше с орчатинкой, так что он был в своём праве и слишком быстро никого прощать не собирался.

С такими мыслями друзья прошли мимо очень удивлённых подобной беседой стражников, открыли дверь в покои и прошествовали внутрь. Судя по тому, что пара человек из дружины, охранявших покои лорда, не остановила их на входе, им либо было приказано пропустить северян и компанию, либо произошедшее их до того шокировало, что они потеряли дар речи. Второе, конечно, маловероятно.

Стол действительно был грандиозным. Чего только на нём не было: множество холодных и горячих блюд из различного мяса; овощи, грибы, фрукты; несколько котелков с супами; доброе количество блюд из рыбы, от одуренно пахнущей ухи и малосольной озёрной форели до жареных в кляре карпов; запечёные утки, гуси, огромное блюдо с квартетом жирных жареных на вертеле каплунов и, конечно, всевозможная выпечка. В общем, за те несколько часов, что Хротгар отсутствовал, помогая в лечении недавнего соперника и принимая водные процедуры, повара здешнего хозяина постарались на славу, а учитывая, что со вчерашнего дня у него во рту маковой росинки не было (из-за ночных плотских забав с рыжей красавицей он не пошёл на завтрак, а вместо обеда его чуть не убил Раднер), от царящей вокруг симфонии ароматов у него буквально голова шла кругом. Желудок очень неприлично выдал его нечеловеческий голод, громко заурчав. В следующий миг на возрождённом скрестились взгляды всех присутствующих, он даже покраснел от конфуза, прямо-таки физически чувствуя, как все смотрят на него снисходительно-понимающе, даже друзья, стоявшие за спиной и прекрасно знавшие, что утром в общей столовой командира не было.