Сапфира была права.

Известное зло, смотрители, лучше этого.

Я поворачиваюсь и врезаюсь в чью-то твердую грудь. Мое сердце бешено колотится, охваченное паникой. Рот открывается в крике, но Сэм закрывает его ладонью.

– Вес, это я.

Я едва его узнаю. На нем темный костюм, волосы зачесаны назад. Паника идет на убыль, но мое сердцебиение не замедляется.

Он опускает руку и смотрит мне за плечо.

– Ты не вышла с Сапфирой, и я забеспокоился.

Я беру его за руки и смотрю ему в глаза.

– Сэм…

Его лицо напрягается, но в глазах читается недоумение.

– Нам нужно вернуться на вечеринку. Мы не должны здесь находиться.

Я киваю, мои мысли по-прежнему разбегаются. Позади слышится звон ключей и скрип резиновой подошвы по полу. Охранник.

Сэм оглядывается на коридор. Идти некуда. Через секунду он завернет за угол.

– Мы не успеем сбежать. Он поймет, что что-то не так, Сэм, – шепчу я.

Он поворачивается обратно и встречается со мной взглядом. Что-то в нем меняется. Это происходит очень быстро, но я наблюдаю за ним будто в замедленной сьемке. Его выражение лица меняется со встревоженного на решительное и… на какое-то еще.

У этого нет названия, но есть ощущение. Ощущение, будто ты падаешь на американских горках, будто твои пальцы опаляет жар спички. Мою кожу начинает покалывать, когда Сэм подходит ближе и толкает меня к стене. Его грубые пальцы берут меня за голые плечи, зеленые глаза загораются, как изумруды, полежавшие на раскаленных углях.

– Подыграй, – шепчет он, а затем прижимается ко мне губами. Не так, как при нашем первом поцелуе. В этом не чувствуется робость или ласка. Часть меня хочет оттолкнуть его и послать ко всем чертям. Я усвоила свой урок в прошлый раз.

Но другая часть – ненасытная, громкая – берет верх.

Его язык касается моих губ, и я приоткрываю их. Сэм водит руками по моим ребрам, его пальцы обжигают меня сквозь ткань.

Я закусываю его губу, и он резко выдыхает. Щетина на его подбородке приятно щекочет мне кожу, пока я запускаю пальцы в его волосы. Сэм словно поглощает меня, а я и не против.