А вот последствия больше походили на ночной кошмар. Надя вытерла слезы, но они текли безостановочно. Ей позволили помочь подготовить тело Кости к погребению, как и белые одежды без вышивки, которые помогали умершим преодолеть границу смертных, и написать на повязке и поясе, единственных украшениях, с которыми хоронили умерших, молитвы Вецеславу. Обычно заупокойные молитвы возносили Маржене, но Костя больше поклонялся Вецеславу. И это было самое меньшее из того, что она могла для него сделать.

Надя не хотела думать о том, что ей не удастся посетить его могилу в положенные дни траура. Третий, девятый и сороковой день посвящались воспоминаниям, но она не могла провести в монастыре столько времени.

Да и какой в этом смысл, если она не могла защитить тех, кто ей дорог? Что бы она ни сделала, становилось только хуже. На монастырь в горах Байккл никогда бы не напали, если бы там не жила Надя. И никто бы не погиб. Костя бы не умер. Столько людей продолжали бы жить, если бы она никогда не появилась на свет.

Надя прикоснулась к камню и провела пальцами по вырезанному на нем символу Вецеслава, а затем по имени. Константин Руслано́вич. Его похоронили так далеко от могилы его брата. Так далеко от места, которое он считал своим домом.

Ею завладели невероятные отчаяние и страх из-за того, что он видел в ней ту, кем Надя не была, что они впустую потратили время, проведенное вместе после того, как Костя вновь вернулся в ее жизнь.

Она не знала, сколько просидела на холоде, когда Иван опустился на мерзлую землю рядом с ней.

– Не убегай, сестра, – прошептал старый монах, когда она напряглась, желая вскочить на ноги.

Ее пальцы вновь скользнули по камню.

– Прости, – прошептала Надя, не зная, к кому обращается – к Ивану или к Косте.

Монах тяжело вздохнул.

– Дитя, ты всегда делала лишь то, что от тебя ждали.

Сейчас он выглядел намного старше, чем в день, когда они приехали, а в его темных глазах виднелась усталость.

– Но ведь погибли люди, – возразила она. – И если бы у меня получалось лучше следовать своему пути и владеть собой, никто бы не умер. Костя остался бы жив.

– Костя остался бы жив, если бы не существовало Стервятников, – сказал Иван. – Ты не можешь винить себя в каждой трагедии, которая постигает тех, кто тебя окружает.

Ох, ну это-то она как раз и могла.

– Если бы Малахия не оказался здесь, Костя бы не умер, – прошептала Надя.

Она не разговаривала с ним после нападения. Париджахан сказала, что никто из монахов не приближался к нему, чтобы позаботиться о его ранах, так что эту обязанность взял на себя Рашид. Но Надя не беспокоилась: сломанная челюсть и пара дырок от арбалетных болтов не страшны Стервятникам.