Ее магия не сработает. Она израсходовала все свои силы, чтобы вырвать Малахию из хватки Маржени. И не способна даже создать искру.

Да и костяной ворьен обладал такой силой, что воздействие уже не остановить. В нем сплели яд и магию. И если кинжал сам по себе не причинил бы никакого вреда, то яд и магия сделают свою работу.

Боги. Только не сейчас. Только не после того, что произошло. Она не могла потерять свою богиню и его в одно мгновение.

– Нет, – отчаянно воскликнула Надя. – Ты не умрешь у меня на руках!

«Я еще не успела извиниться за свой поступок, а ты и вовсе убил мою богиню, нераскаивающийся ублюдок».

Хватая ртом воздух, он поднял руку и провел окровавленными пальцами по ее щеке и губам.

– Малахия, пожалуйста, – сказала она срывающимся голосом. – То, что случилось…

– Я люблю тебя, – перебил он. – Так сильно. Я хотел…

Он замолчал, а его лицо исказилось, и в уголках губ выступила кровь.

– Нет, – простонала Надя.

Она схватила его за руку, чувствуя, как затихает пульс под кожей.

Это нечестно. Ей даровано столько сил, но сейчас, когда это действительно имело значение, она оказалась бессильна. И не могла спасти Малахию.

– Я хотел показать тебе мир, – наконец прошептал он.

И то, что еще оставалось от ее сердца, рассыпалось в прах.

Он выдохнул и больше уже не вдыхал. Его светло-голубые глаза потускнели, когда свет, сиявший в них, погас.

Наде все еще не верилось, что это не какая-то шутка судьбы. Что он не притворялся, чтобы посмеяться над ней. Но когда его рука, сжимавшая ее ладонь, обмякла, реальность впилась в ее сознание.

Ужасающее, паническое рыдание вырвалось из ее груди. И ее захлестнуло горе, которое казалось слишком огромным, чтобы выразить его словами. Малахия не мог умереть. Это невозможно. Она столько сил приложила, чтобы вернуть его, чтобы он оставался человеком… и в итоге оказалось, что он действительно человек. И, как человек, смертен.

– Нет, – прошептала она, целуя татуировки на его пальцах. – Нет, нет, вернись, прошу, вернись.

Надя прижалась лбом к его лбу, заливаясь слезами и не зная, что делать.

Кто-то потянул ее за руку, и словно издали она услышала свое имя. Кто-то уговаривал ее уйти отсюда. Но она не собиралась покидать Малахию. Просто не могла.