– Пожалуйста, – жалобно взмолился Кацпер.

Женщина даже глазом не моргнула, услышав транавийский акцент. Лишь вздохнула, кивнула и вышла из комнаты, бормоча что-то об инструментах и о том, что святые могут отказаться помогать транавийским еретикам.

Кацпер опустился на скамью рядом с Серефином и положил голову ему на плечо. Серефин сильно дрожал, и его не покидало предчувствие, что именно здесь он вновь встретит свою смерть.

– Я не хотел его убивать, – сказал он. – Мой брат. Я не…

– Это говоришь ты, или у тебя лихорадка?

– Это я.

Кацпер кивнул.

– Ты выкарабкаешься. И мы вернемся в Транавию, а затем забудем обо всем как о страшном сне.

Но Серефин сомневался, что у него это получится. Он не сможет забыть о случившемся. Да и Остия все еще находилась где-то там… Потому что он даже подумать не мог о том, что она умерла. К тому же на его руках осталась кровь брата, а он вырвал себе глаз, чтобы разорвать узы какого-то калязинского бога, который собирался посеять хаос во всем мире.

И еще Кацпер никак не мог вспомнить, как пользоваться магией крови. Серефин не понимал, что это означало, но чувствовал, как все холодело в груди при мысли об этом. Почему он помнил, а Кацпер нет?

– Вам, мальчики, следует вернуться в свою страну, – сказала монахиня, когда вошла. – В любой другой день я бы отправила вас в гарнизон, чтобы вас там сожгли за ваши грехи. Но транавийцы больше не используют магию. Может, ваш народ наконец понял, что выбрал неверный путь.

Кацпер недоуменно смотрел на нее. А Серефин побледнел, но попытался выпрямиться. Это все сон, кошмарный сон, вызванный лихорадкой. Он явно лишился сознания из-за боли.

– О чем вы говорите? – спросил Серефин, стараясь, чтобы в его голосе звучало лишь легкое любопытство.

Но из-за пережитой боли его голос звучал невнятно, как после пары бутылок спиртного. Ох, как же он жалел, что под рукой нет бутылки.

– Сражения прекратились, – сказала женщина. – Полагаю, вы об этом не слышали, пока добирались сюда. А что вы здесь делаете?

– Если мы скажем, что шпионы, наша смерть будет легче? – устало спросил Кацпер. – Просто правда слишком длинна и невероятна.

Монахиня отмахнулась, но продолжала смотреть на них, пока смешивала травы в маленькой каменной чаше.

– Просто транавийцы перестали использовать магию крови.

Серефин вновь посмотрел на Кацпера, ожидая его реакции, но тот лишь пожал плечами.

– Похоже, транавийцы наконец прозрели, – задумчиво произнесла она. – Интересно, что на них повлияло? Может, война наконец закончится. Как думаете, неужели ваш король образумился?