– Это не должно произойти так. Если бы вы только…
Вориан перебил его ледяным тоном:
– Баши Харконнен, я приказываю вам выдать мне новые коды. У нас слишком мало времени.
– Простите, но я не могу этого сделать. Это единственный способ заставить вас по-иному взглянуть на дело. Вам придется отступить и повернуть назад.
– Ты ставишь под угрозу жизнь всего флота возмездия.
Баши нисколько не испугался.
– Это вы угрожаете их жизням, Вориан, а не я.
– Не смей называть меня по имени. Ты намекаешь на дружбу, которой отныне не существует. – Вориан с отвращением оттолкнул от себя Абулурда, и тот с трудом устоял на ногах. Вориан понимал, что ничего не добьется угрозой пытки, во всяком случае с Харконненом. – Ты предал будущее человечества!
Раздался встревоженный голос штурмана:
– Мы выходим на рубеж спутников, Верховный баши. Уменьшить скорость?
– Нет, мы поведем наступление, не важно…
Абулурд резко выдохнул.
– Вы не можете этого сделать! Вам надо остановиться и перегруппироваться! Постарайтесь вступить в переговоры с Омниусом. Ваши корабли безоружны…
– Машины этого не знают, и в отличие от Эразма я умею блефовать. – На Вориана снизошло странное зловещее спокойствие. Лишенный дальнобойного оружия флот возмездия шел на сближение с вражеским флотом. Атрейдес понимал, что зашел слишком далеко и не имел права ни отступить, ни потерпеть поражение. – Кроме всего прочего, пока у меня есть воображение, я не останусь без оружия.
Отвернувшись от бледного как смерть Абулурда, Вориан сказал:
– Уберите его с моих глаз, заприте в каюту и поставьте надежный караул. – Трое разъяренных военных полицейских встали рядом с Абулурдом, словно ища повода избить предателя. – Я подумаю потом, что с ним делать, – если, конечно, мы переживем сегодняшний день.
Хотя Эразм просмотрел всю свою долгую, многовековую память, он не нашел там времени, когда у него было бы столько неприятностей. Он был близок… к панике или отчаянию? Чтобы предотвратить катастрофу и спасти Гильбертуса, надо было действовать безотлагательно.