Водяной и ллоргисс прокричали что-то осажденным, потом открыли двери. Перепуганные хепри высыпали на улицу и кинулись по домам. Некоторые обнимали спасителей. Самцы хепри – безмозглые жуки-скарабеи двухфутовой длины – плотным клубком выкатились на улицу и тут же прыснули в разные стороны в поисках темноты и тепла. Ори задрожал: только теперь он почувствовал холод. И услышал треск пожаров, которые горели повсюду, так что казалось, будто вся Речная сторона была окутана изменчивым покровом из мрачных огней. В их неверном свете он увидел детей, выходящих из храма вместе с матерями. У девочек головки-скарабеи изгибались, шевеля всеми лапками, – это соответствовало возбужденным крикам человеческих детей. Две женщины-хепри несли новорожденных, их тела были в точности как у человеческих младенцев, только на коротких детских шейках вместо голов сидели личинки, все в перетяжках.

Ори опустил руку с пистолетом, но хепри, одна из вновь пришедших, бежала прямо на него. Утыканные шипами провода ее жаломета оставляли спирали искр в темноте.

– Подожди! – крикнул ей Ори.

– Аилса!

Звук собственного имени, произнесенного женщиной-кактом, остановил хепри.

– У него пистолет, Пальцы Вверх, – сказал кто-то из водяных, на что получил ответ:

– Ну и что? Должны же быть исключения.

– Исключения?

– Они под защитой.

И Пальцы Вверх показала на Торо.

В сумятице боя никто из ксениев не заметил человека в шлеме. Увидев его, они ахнули – каждый на свой манер – и дружно шагнули к нему.

– Бык, – повторяли они, уважительно приветствуя его. – Бык.

Торо и Пальцы Вверх совещались так тихо, что Ори не улавливал ни слова, наблюдая вместо этого за лицом Барона. Ни единый мускул не дрогнул на нем, пока глаза внимательно рассматривали каждого ксения по очереди. Ори знал, что солдат просчитывает, как и в каком порядке стал бы их убирать, получи он такое задание.

– Прочь, прочь, прочь, – заторопился вдруг Торо. – Сегодня вы молодцы. Спасли жизнь многим. – (В полуразрушенном храме не осталось ни одного хепри.) – А теперь вам надо уходить. Увидимся на месте. Не мешкайте.

Ори вдруг понял, что Торо устал, тяжело дышит, дрожит и кровоточит.

– Идите, возвращайтесь, о бое поговорим позже. Речная сторона сегодня под защитой Разношерстной Армии. Вооруженных людей будут отстреливать на месте, – заключил тот.

А потом – убежище на Худой стороне. Стены окрашивались лучами зари. Лежа бок о бок, они перевязывали друг другу раны.

– Знаешь, Барону ведь наплевать, – сказал Ори; он и Старая Вешалка тихо беседовали, заваривая успокаивающий чай. – Я наблюдал за ним. Его не заботило, спасутся эти хепри или умрут. Его не заботило, что до них доберутся Дикобразы. Его вообще ничего не заботит. Он меня пугает.