Или стоит — есть же предел безумной удаче?

Да пренебречь, вальсируем — вновь заглушил я голос разума. И прежде чем смог волевым решением остановиться, сделал последний шаг — сконцентрировавшись, загоняя себя в максимальный режим ускорения, я бросил кукри, перемещаясь через темный мир в мир истинный.

Едва пересек границу, случилась ожидаемая, но все равно неожиданная неприятность. Ощущение было, словно я превратился в свободно летящий бейсбольный мяч, который только что четко попал отбивающему на биту. Меня буквально вынесло с траектории полета, бросив в противоположную сторону и стремительно вынося в обычный бег времени.

Беззвучно закричав — из груди воздух выбило также, как и у Илоны недавно, я покатился по полу, пытаясь сгруппироваться. Не получилось: все пространство вокруг заполнил обжигающий свет. По ощущениям, я оказался словно на решетке жаровни — казалось, что вот-вот кожа пойдет пузырями ожогов, а волосы затрещат, плавясь от жара.

Ну да, ну да, разум не зря предупреждающе кричал.

Впрочем, того что будет легко, дьявольское предчувствие тоже не обещало.

Сгруппировавшись, и наконец вернув контроль над собственным телом, я понял, что испытываю очень знакомые ощущения. Все то же самое, уже испытанное мною однажды, когда подобным образом меня выкинуло из скольжения. Выкинуло из скольжения в усадьбе Стэнбок-Фармера на Лахте, где мы вместе с Ольгой попали под удар цесаревича.

Было уже, ничего нового. И цесаревич тогда, как и г-н Бергер, серьезно удивились.

В прошлый раз я справился, и сейчас справлюсь — мысленно попробовал взбодриться я, вновь входя в состояние скольжения. Не обычным образом, а так, как это уже мне помогло однажды — через Изнанку астрала. Словно разделяясь между реальным миром и реальным, переходя в астральный план, используя якорем свою астральную проекцию.

В этот раз выбросивший меня из скольжения удар был гораздо сильнее первого. Упс. В прошлый раз этим я и цесаревича, и Бергера удивил, но видимо выводы были сделаны. Вновь выкинувший меня из ускорения скольжения удар был настолько сильным, что я на некоторое время даже потерял сознание.

Не удалось — мелькнула мысль перед тем, как перед взором опустилась темнота.

Когда пришел в себя, первое что увидел — грубый каменный пол, и медленно-медленно падающие вниз капли крови. Моей крови, которая густо капала из разбитого носа и губ; я чувствовал, как стекающие по лицу ручейки неприятно щекочут кожу.

Ощущение тела вернулось не сразу, все же приложило меня очень качественно. Но постепенно, кроме жжения боли в ссадинах и ушибах, я ощутил, как запястья и щиколотки болезненно морозит леденящим холодом. Как будто руки жидким азотом обрызгали из пульверизатора. И это теперь были словно не мои руки: как будто я спал в неудобной позе и проснувшись, понял, что отлежал конечности так, что даже пальцем шевельнуть не могу.