– Штаб! Все на штурм штаба! – заорал я. И сам первый побежал. Но не к сельсовету, а к школе – она была ближе. Из её окон тоже стреляли. Вот и её стены. Ударился спиной об оштукатуренную поверхность, достал гранату, попытался отдышаться. Окно высоко.

– Стой! – схватил я за рукав бойца с окровавленным лицом и бешеными глазами. – Ранен?

Он протёр лицо, удивлённо увидел кровь на ладони, покачал головой:

– Не моя.

– Спину подставь.

Боец встал, согнувшись, шапкой упёрся в стену. Я бросил гранату в окно. Дзинкнуло стекло, а через пару секунд раму и стеклянное крошево взрывом вынесло на улицу. Я вбежал по спине бойца, нырнул в зев окна, пребольно ударился, перекатился к стене, замер. Вот проём двери, столы и лавки, раскиданные, перевёрнутые и расщеплённые взрывом, в этом классе, кроме меня – никого. А, труп у двери, накрытый столом. Почему никого тут не было? А, какая разница! Там, за вывороченной дверью кто-то же бегает, потолок издавал топот, на втором этаже тоже суетятся. А значит что? Значит:

– Ура! Писец вам, гады! Медведь пришёл!

Позади пылал горизонт. Мы подожгли, что смогли. Горели здания райсовета, школы, магазина, почему-то несколько близлежащих построек, техника. А мы галопом покинули село и теперь неслись строго на восток. Там должна быть какая-то ещё батарея.

– Леший, это Медведь. Как дела?

– Пучком всё, Медведь. Посылки в порядке. У нас четверг.

– Понял, Леший. Конец связи.

Мой отряд, сильно ужавшийся – тяжело раненные поумирали, шёл четвертым из намеченных маршрутов. Пленные и груз были в порядке.

Впереди разгорелась перестрелка. Я собрал окружающих бойцов и повел их не на стрельбу, а в обход. Нормальные герои всегда идут в обход. Мы ударили во фланг немцам. Они побежали. Мы не стали преследовать. Тоже мне спасители! Решили штаб выручить. Пусть теперь по тёмному лесу побегают.

На батарею мы обрушились, как снежная лавина. Они, конечно, слышали перестрелку, но хоботы орудий так и были задраны в небо. А перевести их на прямую наводку уже мы не дали. Тем более что основную часть личного состава расчётов и охранение мы рассеяли по лесу в предыдущем бою. Так вот вы какие, легендарные «Ахт-ахт». 88-мм зенитки. Чудо-оружие Роммеля. Взорвать! К чертям собачьим!

А вот теперь начинается самое трудное – прорыв первой линии. Эффекта внезапности уже нет, а в окопах сидят бывалые ветераны, прошедшие с боями всю Европу от Франции до Ельца. Мы добежали до лесного оврага, попадали кто где. Тут уже было много народу. Это место мы выбрали для сбора. Сюда ручейками должны стечься все наши штурмовые группы.