Но Человек с Марса – это Человек с Марса, для него и невозможное возможно; Энн связалась с Бредли. Все было улажено за два дня; в качестве любезности французского правительства – и под обещание никогда не экспонировать подарок на выставке – Майк получит полноразмерную, факсимильно точную бронзовую фотопантограмму скульптуры «Та, что была прежде Прекрасной Оружейницей».

Джилл помогла Майку подобрать подарки для остальных девушек, а когда тот спросил, что купить ей самой, сказала: «Ничего».

Майк уже начал понимать, что в английском языке есть такие глубины, к которым надо подбираться осторожно; хотя братья по воде и говорят правильно, бывают случаи, когда один из них говорит правильнее, чем другие. Он пошел советоваться с Энн.

– Ну конечно же, дорогой, как еще могла она ответить? Но ты все равно сделай ей какой-нибудь подарок. Хм-м…

Одежду и украшения Энн покупать не советовала, но ее выбор поверг Майка в полное недоумение – Джилл и так пахла совершенно правильно, как и должна пахнуть Джилл.

Миниатюрность и совершенно очевидная незначительность доставленного по почте подарка только увеличили это недоумение, а когда Энн предложила Майку понюхать коробочку, тот окончательно понял, что делает ошибку: этот резкий запах ничем не напоминал Джилл.

Однако Джилл пришла от духов в восторг и бросилась своему щедрому пациенту на шею; целуясь с ней, Майк грокнул, что подарок все-таки правильный и что благодаря ему они с Джилл взрастили еще большую близость.

Духи произвели совершенно неожиданный эффект; за ужином выяснилось, что Джилл все равно пахнет как Джилл, но только еще восхитительнее. А уж совсем загадочным оказалось поведение Доркас, которая поцеловала Майка и прошептала: «Милый, этот пеньюар – просто чудо… но все равно, подари когда-нибудь и мне духи».

Майк не мог грокнуть – она же пахнет совсем не как Джилл, и духи ей не подойдут… да ему и не хотелось, чтобы Доркас пахла как Джилл, пусть Доркас пахнет как Доркас.

– Ты, кошка драная, – вмешался Джубал, – отстань от мальчонки, за столом нужно есть, а не лизаться. И нечего выцыганивать у Майка эту французскую вонь – от тебя и так несет, словно из марсельского борделя.

– А ты, начальничек, не совал бы свой длинный нос куда не просят.

Везде сплошные загадки – и что Джилл может пахнуть еще сильнее, чем Джилл… и что Доркас хочет пахнуть как Джилл, когда она пахнет как Доркас… и что Джубал сказал, что Доркас – драная кошка. С кошками, а точнее, с одним котом Майк успел уже познакомиться. Кот этот проживал в усадьбе Джубала (не как домашнее животное, а в качестве совладельца). Иногда он приближался к дому и милостиво принимал какое-нибудь людское подношение. Кот и Майк отлично грокали друг друга; плотоядные мысли этого весьма самостоятельного животного нравились Майку и казались вполне марсианскими. Он быстро выяснил, что имя кота (Фридрих Вильгельм Ницше) не настоящее, но никому об этом не рассказал, потому что не мог произнести настоящее имя, а только слышал его в голове.