Встреченный «львиным рычанием», Дигби начал посылать в зал воздушные поцелуи. По пути к кафедре он остановился около женщин, так и продолжавших биться в судорогах, приподнял одну из них, поцеловал ее, бережно опустил на пол, двинулся было дальше, задержался снова и встал на колени рядом с той самой худой рыжей одержимой, про которую рассказывал Бун. Не говоря ни слова, даже не оборачиваясь, он протянул руку назад и мгновенно получил от подбежавшего иподьякона микрофон.

Обняв женщину за плечи, он поднес сетчатый шарик к самым ее губам.

И женщина заговорила, похоже – не по-английски, во всяком случае Майк ничего не понимал.

Слова рвались из ее рта торопливо и невнятно, мешаясь с обильными пузырями пены; как только поток этот на мгновение стихал, Верховный епископ начинал переводить.

– Архангел Фостер… с нами.

– Он вами доволен. Поцелуй свою сестру справа…

– Архангел Фостер вас любит. Поцелуй свою сестру слева…

– Он хочет передать послание. Одному из вас.

Женщина заговорила снова, но на этот раз Дигби неуверенно замялся.

– Что ты сказала? Громче, милая, громче.

Очередное неразборчивое бормотание, а затем – громкий, истошный вопль.

Дигби поднял лицо и понимающе улыбнулся:

– Вот оно что. Его послание обращено к паломнику с другой планеты – к Валентайну Майклу Смиту, Человеку с Марса!

– Где ты, Валентайн Майкл?! Восстань!

– Дешевле будет не устраивать скандала, – проворчал Джубал, заметив, что Джилл вцепилась в руку Майка. – Пусть встанет. Помаши им, Майк. А теперь садись.

Майк послушно выполнил все приказы. К его крайнему удивлению, толпа начала скандировать:

– Че-ло-век с Мар-са! Че-ло-век с Мар-са!

Всю свою проповедь Дигби посвятил Майку – который так этого и не понял. Слова были вроде бы и английскими, но сочетались они как-то странно и неправильно, к тому же непрерывные аплодисменты и выкрики «Аллилуйя!», «Счастье!» привели его в окончательное смущение.

Закончив проповедь, Дигби передал дальнейшее ведение службы все тому же молодому священнику и ушел; Бун встал и потянулся:

– Пошли, ребята, а то сейчас толпа повалит.