– Скорее всего – нет. А что она там делает?

– Так вы что, даже не знаете?

– Увы.

– И даже не слышали ее имени? Это же Дон Ардент, самая дорогая стрип-герл во всей Баха-Калифорнии – вот кто. Ради нее мужчины на смерть идут. Работает под постепенно сужающимся лучом прожектора, к тому времени, когда она остается в чем мать родила, свет уже только на лице, и ничего другого не видно. Эффект – зашибись. И зрелище получается в высшей степени духовное. Вот вы бы разве сейчас, глядя на это нежное, прелестное создание, могли бы вы поверить, что она была когда-то очень аморальной женщиной?

– Не может быть.

– А вот именно что и была. Да вы спросите ее саму, она сама вам все расскажет. А еще лучше – приходите на очищение ищущих, я скажу вам, когда она будет работать. Она там исповедуется и кается – а это придает другим женщинам мужества рассказать о своих грехах. Она же, главное, лепит все, без утайки – и очень хорошо при этом себя чувствует, ведь помочь ближнему – самое большое счастье. Девушка очень трудолюбивая и обязательная, представьте себе – она преподает в воскресной школе и прилетает для этого к нам каждую субботу, уже запоздно, после последнего своего выступления. Хотите верьте, хотите нет, но с того времени, как она взялась вести курс «Счастье молодых мужчин», посещаемость его утроилась.

– А вот в это я охотно верю, – согласился Джубал. – Интересно только, насколько молоды эти счастливые молодые мужчины?

– Вот же старый прохиндей! – расхохотался Бун. – Нет, так дешево вы меня не купите – вам же, наверное, кто-то успел рассказать главный лозунг курса Дон: «Помолодеть никогда не поздно».

– Да нет же, я вполне серьезно спрашиваю.

– Вас туда пока не пустят, сперва нужно узреть Свет и пройти очищение. У нас же, паломник, Единственная Истинная Церковь, не в пример этим сатанинским ловушкам, этим грязным вертепам разврата, которые имеют наглость называть себя «церквями», – с единственной целью завлечь неосторожных в сети идолопоклонства и прочих кощунственных извращений. К нам нельзя зайти просто вот так, убить пару часов, пока на улице моросит, – нет, сперва мы должны тебя спасти. Более того… ладно, потом – видите сигналы? Сейчас мы выходим в эфир.

Слева и справа от сцены с алтарем тревожно мигали красные лампочки.

– Они уже на Джаге уторчались до отпада, а сейчас тут такие дела пойдут, что вообще!

Приплясывающая змея проглотила почти уже всех прихожан; никто из немногих оставшихся на скамейках не сидел спокойно – все они хлопали в такт грохочущей музыке и подпрыгивали. Служители метались по залу, поднимая упавших; некоторые из этих последних – особенно женщины – наглядно демонстрировали все клинические симптомы эпилептического припадка: судороги, пена изо рта, белки закаченных под лоб глаз. Таких относили к алтарю и сваливали на пол, где они извивались и бились, словно вытащенные из воды рыбы. Бун указал дымящейся сигарой на женщину лет сорока в сильно разорванном платье, рыжую и худощавую: