Берсерк стал похож на воду, которая только что была статуей, восседающей на спине урлоока, а затем одним движением сбежала на землю, чтобы вновь стать статуей, но уже стоящей. Изящно получилось, гибкость просто великолепная, при его-то размере!

Витя, который на всё смотрит с неописуемым восторгом на роже, воскликнул:

— Ник, слушай, если мы с тобой скоро сдохнем, то знай, я ни капли не в обиде на тебя и очень рад, что согласился на это путешествие. Впечатлений, которые получил и продолжаю получать, на тысячи людей многовато. Круто, безупречно круто! Мы — свидетели истории!

Жестами показав Вите, что рот лучше держать закрытым, я снова посмотрел на берсерка. Тот слегка кивнул, тем самым поблагодарив меня — переключаться на инвалида, чтобы попросить его помолчать, в его планы не входило.

— Моё имя Угрх! Назови и ты своё, родич!

— Рагхар — так моё имя звучит на языке людей. Родич, способный читать разум, назовись и ты.

Урхарер, пытающийся быть при его размере кем-то не больше мыши, почти неслышно сказал:

— Повелитель Разума — так моё имя звучит в переводе на язык человека. Можно более просто, Урхарер.

— Повелитель разума? — удивлению нет места в речи берсерка. Максимум спокойный интерес. — Серьёзное имя, значит, и способности должны быть серьёзными. Насколько силён твой дар, Урхарер? Воздействуй на меня, подави волю, я хочу понять твою силу.

Толстяк посмотрел на берсерка. Сперва надменно, с волевым напряжением во взгляде и отлично читающейся в нём мощью, а затем с удивлением и растерянностью.

Берсерк, по-человечески пожав плечами, сказал:

— Достаточно, не насилуй себя, меня тебе не продавить. Слабый дар, не соответствует имени, у нас таких, как ты, множество, каждый второй. Изгои, вы деградировали, признайте это.

— Мы не имели права развиваться! — Угрх злиться и злости не скрывает. — Тысячи лет прошли, это закономерно! Сколько ещё ты собираешься издеваться над нами, Рагхар?

— Я не издеваюсь. Всё, что говорю, известные вам факты. Вы заставили меня проделать длинный путь, много суток мчался вам навстречу, чтобы понять причину беспокойства собственного разума. Вы издевались надо мной, и я могу вас за это наказать. — Голос Рагхара начал повышаться. Почти взревев, он спросил: — Где остальные? Я знаю, что вас было больше! Вы уничтожили последнего вакши, которому совет старейшин дал право на жизнь. Вы нарушители, вас будут судить, судить как изгоев! Где Харрор, запах которого я чувствую даже здесь?! Где он?

— Часть берсерков погибла. — Угрх снова сел и уставился на камни. — Орх, Хорг…