— Чувствую, что нас ждет что-то особенное, — произнес Перк.

— Всем приготовиться, — сухо скомандовал Лайсон.

Послышались тяжелые и звучные шаги, густое и ровное сопение, и из проема вышел… минотавр. Огромный, метра два ростом. Мохнатое тело бугрилось мышцами. В руках чудовище сжимало огромную серебристую секиру.

— Еще один старый знакомый, — невесело произнес Ролдан.

Минотавр сделал несколько шагов и остановился метрах в трех от прохода. Из темноты проема вышел еще один, точь-в-точь такой же. Потом третий, четвертый и… пятый

— Я бы сказал, старые знакомые, — добавил Декс и нервно хохотнул.

— Ох, я уж думал, фабрику по клонированию не закроют, — снова усмехнулся Ролдан.

— Их в два раза меньше, чем нас, — озвучил очевидный факт Лайсон, который, видимо, должен был нас приободрить, и повторил уже громче: — Всем приготовиться!

— С этими красавцами ты тоже нянчиться будешь, капрал? — усмехнулся Айрекс.

— Заткнись, рядовой, — уже без злобы ответил негр.

— Наша ошибка в том, что мы обороняемся, а не нападаем, — сказал я и активировал «Телепатию», сконцентрировав все внимание на самом ближнем минотавре.

Сознание мутанта оказалось не таким примитивным, как у муг-нака, но все же он больше был животным, полагающимся на инстинкты, чем разумным существом, следующем гласу логики. В его шкуре было просторно, но неуютно, как в комбинезоне не по размеру. Однако я быстро сообразил, что к чему, и взял управление телом существа в свои руки. Врожденная пси-защита попыталась оказать сопротивление, но была отброшена мною в сторону. Правда, ненадолго, потому что запас ментальной мощи у нее был гораздо больше, чем у того же муг-нака. Оно просто было не готово к пси-вторжению, вот и дало слабину. Но минута у меня была, а этого должно хватить с лихвой.

Я увидел впереди заключенных, отыскал среди них себя. Вид у меня был отсутствующий, как у Гигеона в последние дни жизни. Внутри же сознания контролируемого мною мутанта клокотала неудержимая ярость, смешанная с чувством голода и досады. Зверю хотелось убивать настолько сильно, что я мысленно содрогнулся. Не знаю, каким мукам подвергались минотавры, но их явно подготовили к бою. Возможно, даже накачали какой-то химией.

Секира в руках почти не ощущалась, словно я держал не многокилограммовое оружие сокрушительной мощи, а легкую деревянную палку. Мышцы во всем теле были напряжены до предела, кровь буйным потоком носилась по жилам, адреналин кипел.

Я замахнулся и опустил секиру на спину стоящего рядом минотавра. Зверь взвыл от возмущения и боли, повернулся ко мне. Я вырвал окровавленное оружие из его тела и ударил снова, минотавр успел отбиться, но ранение оказалось для него фатальным, ноги отказали, и он упал на колени. Я снова замахнулся и опустил оружие на голову мутанта. Двигался я медленно, намного медленнее, чем в своем родном теле. Отчасти потому, что был не в своей шкуре и с управлением справлялся не очень хорошо, но в основном из-за того, что сам по себе минотавр был медлительным, хоть и невероятно сильным. Поэтому мой удар снова был блокирован. Я отступил и снова ударил, выбив из секиры противника сноп искр. Боковым зрением заметил, что заключенные не стояли остолбеневшими статуями, а бросились на трех оставшихся минотавров. Крики людей перемешались с мычащим ревом рогатых мутантов.