– Понимаю, – я сделала глубокий вдох. – Пожалуй, лучше, чем кто бы то ни было, но… вам ведь нравится город?

Чумра пнул клубок старых веревок, из которого выпала крыса.

– Вы не можете не понимать, что в нынешней ситуации весьма высока вероятность того, что город просто прекратит свое существование.

Демону эта идея пришлась весьма по душе.

– Я могу уехать, – господин разглядывал крысу так, будто впервые видел. Хотя… такую… слегка линялую с голым хвостом и торчащими из хребта иглами и вправду впервые.

Я сама подобных не встречала.

– Можете, – согласилась я, стараясь говорить спокойно и отстраненно. В конце концов, подумаешь, крыса, у меня целый лич имеется, да. – Но дальше что? Примут ли вас в другом городе? А если и примут, то сумеете ли вы занять достойное вас положение?

Сомневаюсь.

У крысиной стаи может быть лишь один вожак. И люди в этом плане не лучше. И судя по тому, как поморщился мой собеседник, он прекрасно понимал, что королем он является здесь и сейчас, а где-то там он будет опасным чужаком, от которого следует избавиться и поскорее.

– Конечно, подозреваю, что при желании вы могли бы купить себе имя и новую жизнь, какого-нибудь почтенного купца… или даже аристократа…

Он хмыкнул.

– Поселиться где-нибудь в столице и остаток жизни провести в праздности, но… это ведь не для вас, верно?

Крыса закружилась, пытаясь зубами вцепиться в собственный хвост. Пожалуй, именно это меня и смущало во всех перерожденных созданиях: с мозгами у них было сложно.

К счастью.

Демон обиделся. Он ведь юный, он только пробует силы и вообще… если бы у него вышло сохранить целостность, он бы и с силой своей управлялся куда ловчее.

Да.

– И последнее. Он не любит соперников. И союзников тоже. От последних и вовсе предпочитает избавляться как можно скорее. И вы об этом знаете.

Знает, подтвердил демон.

Он приглядывался к человеку, который чувствовал этакий интерес, и ежился, и озирался, пытаясь понять, что же происходит, но при том не потерять лицо. А ведь ему неуютно здесь, пусть место встречи Чумра сам назначил. Но вот… знаю, как оно бывает.

Стали вдруг раздражать скрипы. А тени в углах показались слишком темными, живыми. И чудится, будто прячется в них нечто недоброе.