До имения, действительно, было недалеко, и чем ближе мы подходили, тем тревожней у меня становилось на сердце. Что я скажу Анютке? Вот не думал, что меня это так напряжет.

«Ирден, хозяйка дома?» — поинтересовался я заблаговременно, а то переживаю тут, а её, может, и дома-то нет.

«Да, господин Алекс, дома. Медитирует», — тут же отозвался ИскИн.

— Анютка дома, Ирден говорит, что занята медитацией, — озвучил я для Первого.

— Может, просто переживает? — предположил кот, — или думает, как с тобой помирится?

— Да сдался я ей! Просто блажь избалованной девицы, — хмыкнул я, — напридумывала себе там что-то, а теперь удивляется, что всё не так. Проходили, знаем.

— Никакая не блажь, — не согласился кот, — у неё с тобой связь толщиной с мой хвост.

— У тебя нет хвоста.

— Спасибо, что напомнил, — обиженно отозвался Первый.

— Извини, — мне стало неловко. — И вообще, может она думает, как отомстить мне, и извести весь мой род до седьмого колена?

— Ты же согласился, что она садисткой никогда не была.

— Ага, не была, — передразнил я, — поэтому гонялась за мной по всему материку.

Ворота имения медленно стали открываться.

— А я-то думаю, чего она к тебе в кровать прыгнула? Оказывается, для того, чтобы убить уж наверняка? — насмехался кот.

— Некуда она не прыгала, — стал защищать я свою женщину. — Так получилось.

— Видимо, ты хорош в постели, — не унимался арвенд, — если эльфийская женщина сменила гнев на милость, лишь единожды побывав с тобой…

— Что ты пристал? — рыкнул я на Первого, посматривая по сторонам, и отмечая изменения, произошедшие в обстановке. — Может, и хорош. Что тут такого?

— Просто заметки по ходу дела, — примирительно отозвался кот и уже насторожено, — это еще что за диво?