– Ты хочешь сказать, я должна тех, кто были моими врагами, сделать…

– Своими союзниками. Но не с помощью твоего Иммрала.

Я оглядываю всех, мы пытаемся разобраться в этом. Одним был Мерлин.

– Константин Хэйл, – подсказывает Олли. – Он ненавидел тебя, а потом помог нам прошлой ночью.

– И я, – говорит Джин. – Второй камешек обрел цвет после того, как мы с тобой подружились.

– А кто же первый? – спрашиваю я.

– Это я, – улыбается Олли. – Первым был я.

– Но есть куда более важный вопрос, – напоминает лорд Элленби. – Кто станет последним?

– Это должно быть нечто по-настоящему важное, – предупреждает Андраста. – Враг более серьезный, чем все остальные. Кто-то, кто ненавидит тебя по-настоящему.

Я смотрю на замок, и у меня рождается идея.

– Есть одна такая…

53

53

Я могу видеть ее каждый день в школе, но отыскать Лотти в Аннуне по-прежнему невозможно. Мы испробовали все, что только могли придумать, я даже покопалась снова в механизме Круглого стола, наладив его так, чтобы он искал только ее. Остальные сообщества танов тоже предупреждены, но Лотти словно исчезла из этого мира. А без нее мне не решить последнюю задачу.

– Может, мы найдем кого-то другого для обращения? – предполагает Олли. – Ты многим не нравишься.

– Нет, – возражаю я. – Андраста сказала, это должен быть кто-то, чьи чувства сильнее, чем у других.

Но наше время для поисков Лотти истекает. Влияние Мидраута с опасной скоростью приближается к дому. Пусть я в прошлом и насмехалась над Клемми, она все же всегда проявляла себя как милая преданная женщина. Но в последние дни она кипит плохо скрываемой яростью.

– Снова эти смутьяны задают нам лишнюю работу, – ворчит она как-то вечером, когда мы садимся за стол, чтобы поужинать.

Мы с Олли переглядываемся.

– «Кричи громче»? – рискую предположить я.