– Что это значит?
– Это значит, что они поменялись местами. Ей было так больно, что он пустил её разум в свою часть неравной системы. А сам перебрался к ней.
– Да что за чушь? – Касфар, кажется, пришел в ярость от одной мысли о подобном. – Никогда ни один низший разум не сможет…
Эхор расхохотался.
– Что, не нравится? Теперь и ты понимаешь, как иметь дело с этими потомками обезьян. Они наглые и непредсказуемые.
– Но почему? – ящер бессильно царапал когтями края постамента.
– Вадим защищает Таштан, – объяснил я. – Он отдал ей своё выносливое тело, чтобы принять на себя боль от предстоящей операции.
– Их нервные системы связаны, – не желал признавать Касфар.
– А это неважно. Он стиснет зубы и будет терпеть. Даже если Таштан получит половину общей боли, это будет меньшая половина.
– Как это? Разве половины не равны? Я не понимаю…
– А тебе и не требуется, – я хмыкнул, с тоской посмотрев на кокон со спящей внутри Маринкой. – У тебя кровь холодная. И нет социальных привязанностей. Такое можно понять, только если любишь.
Ящер открыл было рот, чтобы снова что-то возразить, но Денис заметил кровь, проступающую на ране в животе Таштан. Уверенным движением он взял скальпель и сделал еще один надрез. Тела под щупальцами содрогнулись.
50. Запретные казематы
50. Запретные казематы
– Разрез должен быть именно таким. Нужно сразу обеспечивать доступ ко всем отделам, брюшной полости.
– Денис, заткнись! Лежи и нюхай свой нашатырь!
Если во время его работы цитирование лекций несколько успокаивало, то сейчас – крайне бесило. Раздражены были все, поскольку операция, так хорошо начавшаяся, сейчас была под угрозой срыва. И жизни обоих пациентов тоже, соответственно.
– Я не могу. Это же варварство какое-то, я не умею! – казалось, что Эхор сейчас заплачет.
– Никто не может, – напомнил Касфар. – Все тут одинаково не умеют это делать. Даже этот, как ты выражаешься, варвар. Он резал впервые и всё-таки делал это, более или менее хорошо. Теперь кто-то должен продолжить, а ты единственный, кто в принципе знает хоть что-нибудь о целительстве.
– Я уже в норме, буду консультировать! – не унимался Денис.