Его руки не дрожали, а цепкий взгляд серых глаз выдавал в нём былого охотника.

— Медленно встань и подними руки, — сухим голосом, будто скрип ивы, заговорил он, слегка махнув дулом винтовки.

Подняв дрожавшие руки, я с трудом встал на ноги и выпрямился в полный рост.

Лишь на морально волевых я всё ещё держался в сознании и не упал. Боль, ранее разрывающее тело, прошла. Осталась усталость и сильная мигрень.

Стоило мне встать перед стариком, он сразу стал осматривать меня своим цепким взглядом.

Ветер обдувал моё пропотевшее тело и ту его часть, которую уже успела намокнуть в ледяной воде озера.

— И откуда ты такой взялся? — тем же голосом спросил старик, а я с трудом устоял на ногах и был вынужден схватиться за потрескавшийся камень.

И стоило мне это сделать, как прозвучал выстрел, эхом отразившийся в лесу и над озером.

— Дернешься ещё раз и следующая пуля окажется у тебя между глаз. — передёрнул старик затвор, направив на меня ружьё.

Сделав тяжёлый вздох, я посмотрел на этого человек и, кивнув, сбивчиво произнёс:

— Я-я упал…

Горло обжигало, а во рту застыл вкус меди и железа.

— Да я вижу, что не приполз. — сурово кивнул он. — Весь в крови и дерьме. Откуда упал?

Не став отвечать, я просто приподнял руку и указал пальцем в небо.

— Значит, выживший с самолёта? — недоверчиво спросил он и, увидев мой кивок, дополнил. — Хочешь сказать, что ты упал с взорвавшегося самолёта, в одних трусах и без парашюта, и выжил?

Очередной кивок, на что старик сделал ко мне шаг.

Я не был удивлён, что он знает про крушение. То, как взорвался самолёт немцев, было видно издалека. Слишком мощный взрыв. Это объясняет, почему я почувствовал в отсеке запах серы и пороха. Скорее всего, они перевозили что-то из боеприпасов.

— Ты меня за дурака не держи, парень, а то рука может дрогнуть и в тебе появится на одну дырку больше.

Мой очередной вздох и понимание, что для старика это всё выглядит сюрреалистично. Выжить с такого падения невозможно, если не обладать определённым даром или парашютом.

— Г-где я нахожусь? — тем же сбивчивым голосом спросил я, смотря на старика.